О дивный новый мир

Мир, где ты не рождаешься, а тебя "раскупоривают" на конвейере. Где с младенчества тебе в голову вбивают, что твоя каста, твоя работа и даже твои желания, это не просто норма, а единственно возможное счастье. Где нет ни старости, ни болезней, ни любви, ни страданий. Вместо них, таблетка сомы, сладкий сон наяву и бесконечные развлечения. Стабильность, общность, одинаковость. Рай, созданный по чертежам. А теперь представь, что в этот идеально отлаженный механизм попадает человек из другого мира. Дикарь. Он вырос в индейской резервации, среди грязи, болезней, суеверий и... Шекспира. Он знает, что такое мать, что такое боль и что такое настоящая, а не синтезированная, страсть. Он врывается в этот стерильный улей, как дикий зверь, и одним своим существованием ставит под сомнение все их хваленое благополучие. Культовая антиутопия Олдоса Хаксли, покорившая миллионы людей по всему миру

Начинается все в Центрально-Лондонском инкубатории, 632 год эры Форда. Директор водит студентов по цехам и рассказывает, как делают людей. Оплодотворяют яйцеклетки в пробирках, потом яйцо бокановскизируют, и из одного получается до девяноста шести близнецов. Десятки одинаковых людей, работающих на одинаковых станках. Это и есть стабильность. Директор объясняет, что низшим кастам не нужны книги и цветы, поэтому детей-дельт с младенчества приучают к электрошоку при виде роз и книжек. Потом он рассказывает про гипнопедию, обучение во сне, когда детям под подушку шепчут, что они счастливы быть бетой, а не гаммой. В парке при институте студенты видят детей, играющих в эротические игры, и Директор пугает их рассказом о том, что раньше детей растили родители, в семьях, и это был ужас. Тут появляется Мустафа Монд, Главноуправитель Западной Европы, и объясняет, что семья, моногамия и романтическая любовь разрушают стабильность. Каждый принадлежит всем остальным. А еще есть сома, наркотик, который убирает все драмы. «Сомы грамм, и нету драм». Линайна Краун и Генри Фостер встречаются, летают на вертопланах, играют в гольф. А Бернард Маркс, психолог-альфа, который выглядит щуплым и чувствует себя чужим, приглашает Линайну в дикарский заповедник в Нью-Мексико. Ему разрешение подписывает сам Мустафа Монд. Директор при этом рассказывает Бернарду, как двадцать лет назад сам был в этом заповеднике и потерял там свою подругу Линду во время грозы. В заповеднике Бернард и Линайна видят грязное пуэбло, стариков, болезни, кормящих грудью женщин, змеиный танец и юношу, которого хлещут плетью. А потом встречают Джона, белокурого юношу с голубыми глазами, который говорит на правильном английском. Он сын Линды и Директора. Линда когда-то разбила голову, попала в пуэбло и родила Джона, а обратно вернуться не смогла. Джон читал Шекспира из сундука, который принес индеец Попе, и мечтал о дивном новом мире. Бернард понимает, какой это козырь, и звонит Мустафе Монду. Тот разрешает привезти обоих в Лондон. Линда в Лондоне начинает непрерывно принимать сому и быстро дряхлеет. Джона показывают высшему обществу, и все сходят с ума, хотят его видеть. Бернард на время становится важной персоной. Но когда Джон отказывается выйти к гостям, Бернард снова падает в глазах общества. А Джон тем временем влюбляется в Линайну, но по-шекспировски, с обетами и браком. Линайна же просто хочет с ним переспать, и когда она раздевается, Джон называет ее блудницей и шлюхой и хлещет бичом. Она убегает. Линда умирает в больнице для умирающих, а вокруг бегают дети-близнецы и учатся не бояться смерти. Джон в ярости. Потом он пытается выбросить сому рабочих в умиральнице, начинается драка, их с Гельмгольцем и Бернардом забирают к Мустафе Монду. Монд объясняет Джону, что цивилизация выбрала счастье вместо искусства, науки и Бога. Гельмгольца отправляют на Фолклендские острова, Бернарда тоже ссылают, но тот умоляет и плачет. Джон просит отправить и его, но Монд говорит, что это эксперимент, и оставляет его. Джон уходит из Лондона и поселяется в старом авиамаяке в Суррее. Он хочет очиститься, молится, бичует себя, копает огород. Но репортеры его находят. Один из них, Дарвин Бонапарт, снимает его бичевание на пленку и делает фильм «Неистовый Дикарь». Толпы людей летят к маяку, скандируют «Хотим бича», и Джон в исступлении хлещет и себя, и Линайну, которая прилетела к нему. Начинается оргия единения. Утром Джон просыпается и понимает, что натворил. А вечером толпа снова прилетает, и Джона находят повесившимся на балке маяка