Повелитель мух

«Повелителя мух» Уильяма Голдинга я читал уже с подсказкой: со времён игры Max Payne в голове засело, что Вельзевул, он же Бааль Зевув, — «повелитель мух». В игре безумец выкрикивал имена вроде Люфицера, Лилит, Бафомета и Вельзевула, я полез разбираться, кто все эти товарищи, и с тех пор ассоциация с Голдингом всплыла мгновенно. Роман наглядно показывает: разница между детьми и взрослыми скорее количественная, чем качественная. Маленькие вроде бы милые, вызывают умиление, но если отбросить сантименты, это существа, недалеко ушедшие от зверья. С возрастом у кого-то появляются мышцы или грудь, у кого-то — интерес к интегралам Фурье, а кто-то так и не может написать фамилию математика без ошибок. Но закинь всю эту веселую выборку на необитаемый остров — и получится чистый Голдинг: крики, истерики, «дай я подую в рожок», «у меня болит живот». Особенно любопытно устроен конфликт силы и разума. История вообще не решила, что важнее, а у Голдинга при стрессе эти качества не складываются, а как будто делятся: самого толкового парня убивают, а самый безумный становится вождём. Тот редкий персонаж, который пытается совместить в себе лучшее, уцелел буквально чудом — намёк слишком прозрачен, чтобы его не заметить. Я бы без шуток включил «Повелителя мух» в школьную программу. Подростки легко примерят островной ад на себя: кто стал бы лидером, кого забили бы до смерти, кто остался бы в тени. Да и взрослым роман полезен: напоминает, что никаких Вельзевулов внутри нас нет — просто в каждом сидит изрядный кусок дерьма, и весь вопрос лишь в том, когда и при каких условиях он прорвётся наружу.