Эрик

Прекрасная сказка для взрослых, которые еще дети

«Эрик» Терри Пратчетта оставил приятное, хоть и немного противоречивое впечатление: книга добрая, ироничная, умная, но финал показался мне обрывочным, будто не хватает ещё одной главы. Пратчетт снова использует Плоский мир как кривое зеркало нашей реальности. За фантастическими декорациями легко узнаются отсылки к истории и устройству нашего мира, а простые истины вдруг обретают неожиданный смысл. Особенно понравилось, как автор переосмысляет привычные представления об Аде: вместо котлов и костров — строгая иерархия и мучительная бюрократия, где сами черти задыхаются в системе, а души грешников наказывают бесконечной, удушающей скукой. И невольно думаешь о собственных офисах и начальстве. Герои у Пратчетта по-прежнему разговаривают фразами, которые хочется цитировать. Его юмор — это одновременно и шутка, и небольшое философское наблюдение. Смерть в «Эрике», как и в других книгах цикла «Плоский мир», предстаёт мужчиной, что забавно контрастирует с привычным образом. В итоге это очень тёплая, остроумная книга, от которой ждёшь чуть большего в развязке, но она всё равно дарит много улыбок и поводов задуматься.

При первом знакомстве эту книгу я явно недооценила: была пресыщена Пратчеттом и сравнивала всё с «Мрачным жнецом», который до сих пор считаю лучшей вещью цикла про Плоский мир. Теперь же, переслушивая её после «Трагической истории доктора Фауста» Кристофера Марло, уже понимала, к какому «фаустовскому» пласту она отсылает, и получила настоящее удовольствие. Перед нами именно вариация на тему «Фауста». Юный, 13‑летний демонолог Эрик Дурсли пытается вызвать демона, чтобы тот исполнил три желания: власть над миром, встречу с самой прекрасной женщиной и вечную жизнь. Но вместо солидного демона в магическом круге оказывается Ринсвинд, тот самый невезучий маг, угодивший в ад в книге «Посох и шляпа» (её я как раз ещё не читала, так что теперь придётся наверстывать). Ринсвинд в ужасе обнаруживает, что желания Эрика действительно исполняются по щелчку его пальцев. Как это возможно и в какую именно Большую игру он втянут, раскрывается только в финале. По пути нас носят по Тецуманской империи (очевидная пародия на ацтеков), древнему Цорту (вариация на Трою) и Ничту, обыгрывающему мифы о сотворении мира. Книга оказалась куда острее и увлекательнее, чем я помнила. С досадой думаю, что в первый раз просто «промотала» её. Теперь всё сильнее убеждаюсь: Пратчетта стоит читать и слушать внимательно, от начала и до конца — иначе легко упустить самое вкусное.

С огромным удовольствием снова вернулась к Ринсвину — давно не получала такого удовольствия от его приключений. Книга читается легко и местами прямо-таки заставляет хихикать. Особенно запомнился момент, когда Ерік принимает Ринсвинда за демона, а потом и сам Ринсвинд уже не до конца уверен, не превратился ли он действительно во что-то потустороннее. Понравился забавный попугай с его фирменным «цей самий» и неожиданный поворот с самой красивой женщиной на свете. Отсылки к Древней Греции и её мифологии — отдельное удовольствие: узнавать знакомые сюжеты в призмe юмора Пратчетта очень приятно. Персонажи, даже второстепенные, живые и запоминающиеся, а фирменный стиль Терри Пратчетта чувствуется в каждой сцене: ирония, игра с клише и умные шутки. Финальное ощущение двоякое: с одной стороны, смешно, с другой — по-настоящему жаль Пекло, куда тоже добралась бюрократия. Но в целом это именно то лёгкое, остроумное чтение, которого ждёшь от Ринсвинда.

«Эрик» оставил очень приятное впечатление — это та самая лёгкая, ироничная история о Ринсвинде, ради которых и любишь Терри Пратчетта. На этот раз несчастного мага буквально затягивает в магический круг начинающего демонолога. Ринсвинд, который ни разу не демон и вообще-то толком не колдует, внезапно оказывается обязан исполнять пожелания призывателя. А список у Эрика небанальный: вечная жизнь, встреча с прекраснейшей женщиной мира и власть над всеми земными царствами. За такими желаниями герой, разумеется, пускается в путешествия — и не только по разным уголкам мира, но и сквозь время. Ринсвинд, знакомый ещё по «Цвету волшебства», снова проявляет свою врождённую тягу к туризму, только теперь она доведена до абсурда. Его фирменное ворчание и остроумные замечания сопровождают каждую не особо добровольную авантюру, а дуэт с юным Эриком смотрится живо и смешно. В итоге «Эрик» — короткое, динамичное и очень ёмкое приключение, которое поднимает настроение и напоминает, за что так ценят Плоский мир.

Кажется, с каждой новой книгой Терри Пратчетта я влюбляюсь в его творчество сильнее. Эта относится уже к более позднему периоду, и по ощущению тут и юмор, и сюжет выведены на новый уровень. Особенно понравилось, как автор обыгрывает историю про ад и рай — именно в своём фирменном, пратчеттовском понимании, без банальных штампов. Темп событий здесь выше обычного: эпизоды сменяют друг друга стремительно, сюжет закручен плотнее, чем в ранних книгах. Читала вслух и получала огромное удовольствие — текст к этому прямо располагает. Главный демон вышел очень симпатичным персонажем, мне вообще нравится, когда ад показывают нестандартно. Ринсвинд тоже остался верен своему привычному образу, и это радует: чувствуется узнаваемый стиль, но без повторения старого. В целом поздний Пратчетт действительно заметно сильнее раннего. Но я бы всё же советовала делать небольшие перерывы между книгами, чтобы не привыкать и каждый раз снова ощущать тот самый эффект «великолепного слона».

«Эрик» Терри Пратчетта оставил приятное впечатление: это всё тот же узнаваемый «Плоский мир» — лёгкий, смешной и при этом достаточно умный. В центре — очередные безумные злоключения Ринсвинда, который вновь оказывается втянут в опасные и абсолютно нелепые события. Вместе с новым спутником он мечется сквозь время и пространство, а порой и вовсе попадает туда, где ни времени, ни пространства толком нет. При этом Пратчетт, как всегда, обыгрывает знакомые мифы и легенды, подавая их с фирменной иронией и тонкой сатирой. Однако Эрик, новый напарник Ринсвинда, показался мне самым скучным из всех его товарищей. В нём чувствуется смесь черт Двацветка и Найджела, но цельного и по‑настоящему интересного персонажа из этого не выходит. Ещё я ожидала большего сходства с «Фаустом» Гёте: отсылки есть, но они довольно точечные и не слишком заметные. В итоге «Эрик» — небольшой, но удачный роман из цикла про «Плоский мир», который читать всё равно приятно и весело.

Аццкая тоска

«Эрик» Терри Пратчетта снова оставил меня в недоумении: вместо ожидаемого веселья и остроумия приключения Ринсвинда вызывают в основном тоску. Вроде всё подано как пародия, но впечатление такое, будто читаешь неудачную карикатуру, где всё смешано в один неразборчивый комок. По задумке, Эрик вызывает демона, и это само по себе любопытно, но дальше логика разваливается: с чего вдруг демон обязан выполнять его три желания? И почему у Ринсвинда всё начинает получаться почти по щелчку пальцев? Есть ощущение, что я пропустила какой-то важный момент. То же с попугаем: он подозрительно много знает, но откуда и почему — непонятно. Более-менее зашли только сцены в аду. Бюрократический ад Пратчетта напомнил мне комиксы Bird Born — их офисные и адские будни кажутся даже смешнее, хотя не удивлюсь, если автор комиксов сам в чём-то вдохновлялся Пратчеттом. И отдельной строкой — фраза «Смерть в конце вечности»: для меня это один из самых печальных моментов во всей литературе. В итоге книга оставила больше грусти и вопросов, чем удовольствия.

Бедный, бедный Эрик!

«Эрик» Терри Пратчетта оставил у меня двойственное, но очень тёплое впечатление. С одной стороны — хаос, подросток-демонолог и вечно паникующий Ринсвинд, с другой — удивительно точные попадания по мифам, истории и нашей реальности. Сюжет прост: маг-подросток решает вызвать демона и вместо воплощения ужаса получает Ринсвинда, который и сам толком не понимает, кто он такой среди магов. Дальше — галопом по Всемирной истории: от Фауста до Одиссея, с Сундуком из Груши Разумной как третьим чудом на ножках и кратким появлением попугая. Пратчетт не намекает, а именно пародирует: «копни Фауста — получишь Эрика, копни Одиссея — и вот уже “Ты куда, Виндринссей?”». Путешественник-философ здесь, пожалуй, единственный здравомыслящий персонаж и по совместительству самая несчастная жертва встречи с этой троицей. Для небольшой по объёму повести особенно выделяются два эпизода: встреча с Эленор Эфебийской (прозрачный отсыл к Алиенор Аквитанской) и настоящая адская вакханалия. Элену Пратчетт безжалостно приземляет: за портьерой — полноватая, чуть увядшая женщина с лёгкими усиками и минимум семеро детей за спиной. В сущности, он прав: годы идут, красота и романтика меркнут, а на первый план выходят стабильность и семья. Ад и его владыка Асфагл — это уже не просто повод для гомерического хохота. Через бесконечные инструкции, справки, кабинеты, корпоративы, субординацию и карьерные лестницы Пратчетт показывает, что настоящий Ад — в мире чиновников и бюрократии, а не у Данте. Как точно подытоживает Понт де Щеботан: над этим старым миром можно только смеяться, иначе сойдёшь с ума. Я искренне люблю Терри Пратчетта и «Эрика» в том числе. Смело советую тем, кто ещё не добрался до этой части Плоского мира.

Пратчетта в целом очень люблю, но есть у него две книги, которые вообще не «зашли», и обе почему-то названы в честь главных героев-парней. Одна — «Терри Пратчетт – Мор, ученик Смерти», вторая — как раз эта, про Эрика. Хотя здесь задействованы мои любимые персонажи — Ринсвинд и Сундук — сама история показалась рваной. Путешествия персонажей слишком короткие, эпизоды почти не связаны между собой. Особенно обидно за пародию на ацтекскую империю: с удовольствием провела бы в этом сеттинге всю книгу. А вот «знакомство с адом» вышло, на мой вкус, скучным и затянутым — вместо сатирического огня сплошная зевота. К самому Пратчетту это не охлаждает: как только переключилась на «Пратчетт Терри – Творцы заклинаний», снова поймала то самое увлекательное чувство от Плоского мира. В итоге «Эрика» считаю одной из самых слабых вещей автора, особенно на фоне других романов цикла.

Эта книга Терри Пратчетта снова оставила очень приятное впечатление: легкая по объёму, но неожиданно ёмкая и умная. Автор берёт вроде бы сказочную форму и через неё аккуратно проходится по нашему сегодняшнему миру: по потребительскому подходу к жизни, по сомнительным моральным ориентирам, по тому, как мы обращаемся с историей и как относимся к религии. Всё это подано не в лоб, а с иронией и хорошим чувством меры, так что перед нами именно взрослая сказка, а не простая пародия. Стиль у Пратчетта по‑прежнему узнаваемый: смешное соседствует с серьёзным, а почти на каждой странице встречаются фразы, которые хочется тут же выписать. Афористичные, точные, они задают особый ритм чтения. В итоге книга читается быстро, но оставляет послевкусие и богатый «урожай» цитат — хочется перечитывать отдельные места и делиться ими с другими.