
Легендарная подлодка U-977
Мы скучаем в отделении третьего класса за кроссвордом на пути в маленький сладострастный город. Исподтишка наблюдаем за смазливой барышней на перроне. Выцепляем среди попутчиков новый объект — черноволосую даму Соню. Не спеша подкатываем, поддакиваем, ухаживаем. Напрашиваемся в гости — с непременным продолжением знакомства. Ей суждено стать лишь мимолетным эпизодом в череде наших мелких, жалких, глупых похождений.

Мы
«Сказка» Набокова прочиталась на одном дыхании и при этом оставила ощущение будто в тебя выстрелили — не стихами, а прозой. Книга рассказов Набокова действует сильнее любых стихов: закрываешь её — и мир уже чуть другой, будто солнце на секунду моргнуло. У Набокова каждый рассказ бьёт не по сюжету, а по человеку целиком: по звёздам, деревьям, детскому смеху, по одинокой женщине в поезде, по нашему умению не замечать ни боли, ни радости тех, кто рядом. «Сказка» — об этом слепоте и о фантазиях, где рай любви легко превращается в личный ад. Чёрт, облачившийся в женский образ, предлагает герою чёртову дюжину женщин, а заканчивается всё ощущением пустоты и собственного распада. Мне особенно понравилось, как Набоков оборачивает привычные мотивы Достоевского и мифы вроде Лорелей, вплетая их в разговоры Кости, Сони и самого автора. Герои постепенно понимают, что они не только грешники и жертвы, но ещё и персонажи, выдуманные Набоковым, и это странно утешает: надежда остаётся, пока способен видеть рай в улыбке, в листочке, в одной женщине, а не в сотне отражений в зеркалах. В итоге «Сказка» — не просто история про дьявола в трамвае, а очень честный разговор о вине, бегстве от себя и о том, что шанс «родиться заново» мы чаще всего сами же и губим. Но Набоков оставляет лазейку: пока умеешь слушать и любить, продолжение возможно — хоть в жизни, хоть в его следующем рассказе.
— Aris
В поезде битком набито, жарко. Нам как-то не по себе, нам хочется не то есть, не то спать. Но когда мы наедимся и выспимся, жизнь похорошеет опять, и заиграют американские инструменты в веселом кафе, о котором рассказывал Ланге. А затем, через несколько лет, мы умрем.
— Nix
Раз было так: мой отец гулял по своему поместью со старым приятелем, известным генералом, навстречу попалась крестьянка — старушка такая с вязанкой дров,- и мой отец снял шляпу, а генерал удивился, и тогда мой отец сказал: «Неужели вы хотите, ваше превосходительство, чтобы простая крестьянка была вежливее дворянина?»
— Lake
Катенька -- тип хорошей жены. Лишена страстей, превосходно стряпает, моет каждое утро руки до плеч и не очень умна: потому не ревнива.
— Zephyr
Да, мы, русские, сентиментальные чудаки, но поверьте, мы умеем любить со страстью Распутина и с наивностью ребенка.
— Crow