Николай Гоголь

Книга Набокова о Н.В. Гоголе оставила у меня двойственное, но очень сильное впечатление. Он смотрит на Гоголя совершенно иначе, чем мы привыкли, и этим заставляет как будто заново открыть и его жизнь, и его гений. Набоков снимает с Гоголя ореол «мистика» и показывает за ним обычного, даже болезненного человека, у которого, по его мнению, были психические отклонения. Он уверенно объясняет внезапные отъезды Гоголя из России, почти разоблачая русского классика и подавая свои версии как окончательную истину. При этом его догадки настолько парадоксальны и ярко изложены, что невольно читаешь с интересом. Набоков утверждает, что главной трагедией Гоголя было постепенное исчерпание творческих сил: вершины он достиг в «Ревизоре», «Шинели» и первой части «Мёртвых душ», а замысел «главной книги» совпал с его творческим упадком. В эссе он кратко разбирает именно эти произведения и их героев, обращаясь в основном к англоязычному читателю. И почти отговаривает его от Гоголя: мол, если вам нужны факты, идеи, «тенденции» и ответы о России, Гоголь не для вас; усилия, вложенные в изучение русского ради него, не окупятся. Высокое напряжение, проход закрыт — так он примерно формулирует. При этом подчёркивает: Гоголь — это, как и любая подлинно большая литература, прежде всего феномен языка, а не идей; никакой перевод, даже его собственный, не способен заменить оригинал. Набоков честно признаётся, что так и не смог доказать уникальность гоголевского искусства, но ручается хотя бы за одно: он Гоголя не выдумал, тот действительно жил и писал. У меня сложилось ощущение, что он отталкивает иностранного читателя от Гоголя, оставляя его тем, кто может читать по-русски. Его размышления неожиданно перекликаются с фильмом Льва Парфёнова «Птица-Гоголь» (2009). После этой книги я поймала себя на мысли: будь у меня шанс учиться у Набокова, я бы не пропускала его лекции по литературе — настолько сильное впечатление произвели и язык, и манера подачи.