Перед концом света

Каждый раз удивляюсь, как мастерски Борис Акунин умеет держать читателя в напряжении и не отпускать до последней страницы. Книга читается на одном дыхании, хотя ничего принципиально нового во вселенной Фандорина, казалось бы, не происходит. В этот раз Эраст Петрович решает сделать себе подарок на день рождения — уже 41-й, что неожиданно: не успела заметить, как наш любимый герой стал взрослым не только по уму, но и по паспорту. Он отправляется в Россию, в деревенскую глухомань, и автор очень тонко передаёт его особое чувство к русской зиме и провинции. Снегопад стих, мир стал белым и чистым — на этом фоне Акунин, как всегда, соединяет историю, лёгкое просветительство, юмор и человеческие отношения. Персонажи выписаны живо, а к самому Фандорину по-прежнему испытываешь почти личную привязанность. Хоть и веришь в его счастливую звезду и понимаешь, что автор не даст ему пропасть, всё равно ловишь себя на том, что переживаешь за него до последней строки. Финал напряжённый, но даёт то самое облегчение: закрываешь книгу с чувством, что с Фандориным всё в порядке — и хочется продолжения.

— Mist

Фандорин в эффективность революций не верил, а к любым теориям, оперирующим понятиями «народ», «нация», или «классы-массы», испытывал необоримое отвращение.

Повесть оставила сильное впечатление прежде всего атмосферой: холодный русский Север, религиозные общины, ощущение тревоги, которое нарастает от страницы к странице. События разворачиваются в 1897 году, на фоне первой всеобщей переписи населения в Российской империи. Эраст Петрович Фандорин, увлечённый статистикой, под именем Э.П. Кузнецова возвращается в Россию и отправляется в Вологодскую губернию, в глухие северные поселения староверов. Его интересует, как допетровскую Русь «вобьют на холлеритовскую перфокарту». Зимние пейзажи, замкнутый уклад общинной жизни, старые песни, сказания, цитаты из священного писания создают очень живую и подробную картину мира, где на этом фоне начинают происходить странные массовые самоубийства, уносящие целые семьи. Особое место занимают темы веры и религиозного фанатизма: убедительно показано, как через религию можно управлять людьми и ломать их сознание. Фандорин по‑прежнему харизматичен, а автор тонко обыгрывает его привычные приёмы — даже чётки вновь оказываются кстати. В итоге повесть берёт не столько запутанным расследованием, сколько мрачной атмосферой, увлекательным, местами пугающим сюжетом и правдоподобным изображением староверческого Севера.

— Jay

Неожиданное счастье — обнаружить у Бориса Акунина целый рассказ про Эраста Фандорина, который каким‑то образом прошёл мимо меня. Наткнулся на него благодаря аудиокнигам и прекрасному чтению Александра Клюквина. История входит в сборник «Нефритовые четки», который уже поставлен в очередь. На этот раз Фандорин оказывается на русском Севере, среди раскольников. Я всегда представлял их мрачными одиночками, прячущимися в глуши, но сначала роман Николая Свечина «Завещание Аввакума», а теперь и этот текст Акунина показали, насколько я заблуждался. Раскольничество — мощное, влиятельное движение, которое легко могло бы изменить ход нашей истории, случись всё иначе, хотя «история не знает сослагательного наклонения». Акунин создаёт этнографический детектив о путешествии не столько в пространстве, сколько в чужой уклад и веру. Он подробно показывает, насколько различаются раскольничьи общины по духу, быту и способам «жить‑поживать, да добра наживать». Читается с интересом. Фандорин снова безупречен: благороден, умен, выдержан. Маса по‑прежнему предан и неравнодушен к пышнотелым красавицам. Финал сильный, с острыми, совсем не шуточными вопросами и мощным напряжением в последних сценах. После этого рассказа точно буду читать весь сборник и, пожалуй, пора уже возвращаться к пересчитыванию историй об Эрасте.

— Kai

«Санитар…» Акунина оставил сильное ощущение погружения в чужое время: читаешь – и словно сам в глухой сибирской деревне на пороге XX века. Особенно впечатлил мир старообрядцев: эти отдалённые селения, названия деревень, выросшие из ремёсел местных жителей, быт и уклад, жития и писания. Через историю о том, как из-за переписи кто-то решается лечь живьём в могилу, создаётся плотная, почти осязаемая атмосфера конца XIX века, куда иначе уже не попасть. Персонажи экспедиции подобраны предельно колоритно: поп-взяточник и его страдальческий дьякон, смурной Эраст Петрович с повторяющимся кошмаром, мыслями о женщинах и смутном будущем Родины, неизменно верный и забавный Маса — поклонник пышнотелых лунолицых красавиц, энтузиаст-переписчик Кохановский, волевой ссыльный Крыжов, юродивый, амбициозный «учёный» психиатр. Эта пёстрая компания и делает «санэпидем экспедицию» такой живой. Разгадать виновника мне удалось довольно быстро, но напряжения и лёгкого ужаса это не убавило. Акунин особенно убедителен в образах фанатиков-маньяков: у них и взгляд завораживающий, и речи беспокойные, и ум основательный. Радует, что между чтением его книг у меня большой перерыв: так каждая воспринимается заново, без оглядки на прежние подвиги Фандорина.

— Zen

Когда взялась перечитывать, неожиданно поняла, что уже знакома с этой книгой — читала её примерно десять лет назад, но воспоминания всплыли не сразу. Сюжет по части детектива показался мне не самым сильным в серии, зато очень зацепила атмосфера. Действие разворачивается на раскольничьем Севере, и именно местные обычаи, строгие нравы и особые традиции делают историю по‑настоящему живой и необычной. Эраст Фандорин здесь остаётся верен себе: он снова проявляет смекалку, удивляет окружающих и в итоге, как водится, всех выручает. Стиль Бориса Акунина узнаваемый — лёгкий, с иронией, благодаря чему книга читается быстро. Отдельно хочется отметить чтение А. Клюквина: его озвучка очень подходит этому тексту и усиливает впечатление от книги. В целом это не лучший детектив в плане интриги, но ради колоритного северного антуража, Фандорина и прекрасной аудиоверсии слушать определённо стоит.

— Fly

Книга оставила мрачное, но притягательное впечатление: напряжение держится с первых страниц, а атмосфера российской глубинки конца XIX века ощущается очень живо. Сюжет разворачивается в 1897 году, на Вологодчине, на фоне подготовки к первой всероссийской переписи населения. Именно она становится спусковым крючком для религиозной истерии: старообрядцы воспринимают перепись как знак скорого конца света и начинают верить, что единственный путь к спасению — самоубийство. На этом страхе вырастает влияние лжепророка, из‑за которого гибнет всё больше людей. Эраст Петрович выходит на его след и пытается понять, как один человек смог довести фанатиков до такого безумия. Его образ, как всегда, собранный и рациональный, хорошо контрастирует с одержимостью и фанатизмом тех, кого он преследует. В итоге это история не только о расследовании, но и о том, как легко манипулировать людьми на стыке веры, страха и неизвестности. В моём личном списке #100книгзагод эта стала уже 16/50 и точно запомнится.

— Aris

Стильно

Книга в целом зашла: ещё одна порция приключений полюбившегося героя, читать было легко и увлекательно, финал заставил понервничать. Сюжет довольно прямолинейный, но не пустой: есть своя изюминка, ощущение продуманности и тех самых «ружей на стене», которые своевременно «выстреливают». Мир прописан приятным, понятным языком, с вкраплениями других наречий — они добавляют колорита и атмосферности. Описания местности и пейзажей смотрятся органично, придираться к ним не хочется. Герои разнообразные, характеры обозначены чётко, хотя яркости иногда недостаёт. Второстепенным персонажам, на мой вкус, не хватает продолжения истории — их дальнейшая судьба остаётся за кадром, но, видимо, виноват ограниченный объём. Из очевидных минусов — мало внимания искусству перевоплощения, дедукции и бою: часть этих тем просто не вписалась в канву повествования. В итоге книга читается быстро, особенно рекомендую поклонникам серии, которые ценят именно продолжение линии любимого героя.

— River

Повесть 2006 года из цикла «Приключения Эраста Фандорина», вошедшая в сборник «Нефритовые четки», оставила сильное впечатление именно за счет внутренней эволюции героя и необычного конфликта миров. Действие происходит в 1897 году, когда Эрасту Фандорину уже 41 год. Он больше не просто «вольная птица», разъезжающая по свету: наблюдая за тем, что происходит в России, герой осознает необходимость вернуться и служить своей стране, пытаясь остановить разрушительные процессы. Важным становится не столько само расследование, сколько переосмысление им собственного пути и роли в судьбе Родины. Особенно запомнилось столкновение двух миров: огромного, открытого, к которому принадлежит Фандорин, и почти изолированного пространства его миссии. Люди там живут в рамках древней религиозной традиции и иначе смотрят на устройство мира. Это не просто спор характеров или мировоззрений, а болезненное для всех столкновение эпох. В итоге повесть показалась не только увлекательной частью цикла, но и важным этапом взросления и «укоренения» Фандорина как героя.

— Rem