Пышка

Аннотация

Рассказ том, как проститутка оказалась нравственней и внутренне чище манерных, "благочестивых" и образованных сударынь и господ. Некоторые утверждают (конечно, это преувеличение), что один этот рассказ может достойно заменить собой всю "Человеческую комедию" Бальзака.

Читает:Татьяна Доронина

Рецензии

Наверное я аристократ в прошлой жизни

Это моя первая встреча с Ги де Мопассаном, и впечатления получились неоднозначными, но в целом положительными. Читаю сборник из трёх произведений, начинающийся с «Пышки», и именно с неё знакомлюсь с автором. Сюжет «Пышки» показался вполне прозрачным и заранее понятным, зато написано всё так, что сцены легко возникают в воображении. Чувствуется, что во времена выхода книга, вероятно, воспринималась гораздо острее — как настоящая «бомба» о маленьких людях. Сейчас подобного эффекта уже нет, возможно, стоило прочитать её в более юном возрасте. Личные предубеждения к роду деятельности героини у меня остаются с детства, я не осуждаю, но внутреннее отторжение всё же есть, и это немного мешало чтению. Тем не менее стиль Мопассана подкупает: простой, точный, с живыми описаниями обстановки и быстрым развитием событий. Впереди ещё «Жизнь» и «Милый друг» (ради последнего я и покупал сборник), и теперь есть надежда, что Мопассан может стать для меня новым любимым автором.

— Aris

Цитаты

« Война- варварство, когда нападают на мирного соседа, но это священный долг, когда защищают родину»

— Shadow

Она чувствовала, что тонет в презрении этих честных мерзавцев, которые сперва принесли ее в жертву, а потом отшвырнули, как грязную и ненужную тряпку.

— Rune

Что ни говорите, сударь, бедняки должны помогать друг другу… Войну-то ведь затевают богачи.

— Fly

Корнюде громко заявил:Война — варварство, когда нападают на мирного соседа, но это священный долг, когда защищают родину.Старуха склонила голову:— Да, когда защищают, — другое дело; а все-таки лучше бы перебить всех королей, которые заваривают войну ради своей потехи.

— Blaze

Ибо ненависть к чужеземцу искони вооружает горсть Бесстрашных, готовых умереть за Идею.

— Aero

Выпитый ром привел его в хорошее настроение, и он предложил сделать так, как рассказывается в известной песне о корабле: съесть самого жирного из путешественников.

— Sky

Она поняла, что люди идут в жизни рядом, бок о бок, но ничто не связывает истинной близостью два человеческих существа. Измена того, кому она так верила, открыла ей, что другие люди – все люди, будут для нее лишь равнодушными спутниками на переходах жизненного пути, коротких или долгих, печальных или радостных, в зависимости от грядущих дней, которые предугадать нельзя. Она поняла, что даже в объятиях этого человека, когда ей казалось, что она сливается с ним, вся проникает в него, что они душой и телом становятся единым существом, они были близки лишь настолько, чтобы коснуться той непроницаемой пелены, которой таинственная природа окутала человека, обрекая его на одиночество. Она хорошо видела теперь, что никто не может преодолеть невидимую преграду, разъединяющую людей, и они далеки друг от друга, как звезды, рассеянные в небе.Она угадала, как напрасно извечное, непрестанное стремление людей разорвать оболочку, в которой бьется душа, навеки одинокая узница, как напрасны усилия рук, уст, глаз, нагого тела, трепещущего страстью, усилия любви, исходящей в лобзаниях лишь для того, чтобы дать жизнь новому существу, которое тоже будет одиноким, покинутым.

— Mist

Их начальники, бывшие торговцы сукнами или зерном, недавние продавцы сала или мыла, случайные воины, произведенные в офицеры за деньги или за длинные усы, облеченные в мундиры и увешанные оружием, разглагольствовали оглушительными голосами, обсуждали планы кампании, самодовольно утверждая, что их плечи — единственная опора погибающей Франции, а между тем они нередко опасались своих же собственных солдат, подчас не в меру храбрых, — висельников, грабителей и распутников.

— Onyx

Жители в темноте своих комнат были охвачены тем паническим ужасом, который сопутствует стихийным бедствиям, несущим гибель, великим катаклизмам, перед которыми бессильна вся человеческая мудрость и мощь. Такое ощущение появляется всегда, когда ниспровергается установленный порядок вещей, когда безопасности больше не существует, когда все, что охранялось законами людей или природы, отдано на произвол бессмысленной, жестокой и грубой силы. Землетрясение, погребающее целое население под рухнувшими домами; вышедшая из берегов река, уносящая трупы людей вместе с тушами быков и вырванными из крыш балками; или покрытая славой армия, которая истребляет тех, кто защищается, и уводит в плен остальных, которая грабит во имя меча и под грохот орудий возносит хвалу богу, – все это одинаково грозные бедствия, подрывающие всякую веру в извечную справедливость, всю ту веру, которую внушают нам, в покровительство неба и могущество человеческого разума.

— Jay