
Глаза
Аннотация
У тебя нету слов: ты можешь только визжать, когда бьют; до хрипу брехать, когда велит хозяин; и выть по ночам на зеленый горький месяц. Но глаза...

Цитаты
Новости

100 лет одиночества
История нескольких поколений семьи Буэндиа, чья судьба неразрывно связана с загадочным городом Макондо
Читать полностью
Экранизации романа «Моя блестящая карьера»
Она хочет стать писательницей, добиться финансовой независимости и самостоятельно определять свое будущее.
Читать полностью
Первый тизер «Отверженных» с Венсаном Линдоном
В фильме обещают мрачные тюремные эпизоды, масштабные сцены столкновений и революционный хаос на улицах Парижа.
Читать полностью
Новая экранизацией романа Двенадцать стульев
Легендарный роман, созданный Илья Ильф и Евгений Петров, впервые увидел свет в 1928 году и за прошедшие десятилетия неоднократно переносился на экран
Читать полностью
Федор Достоевский стоял перед расстрельной командой
Чтобы выполнить один из контрактов и избежать потери прав на будущие произведения, он написал роман «Игрок»
Читать полностью
Эрих Мария Ремарк вошел в тройку популярных писателей
Самым популярным произведением Ремарка стал роман «Три товарища»
Читать полностью
Обновленный список 100 величайших романов всех времен
Первое место занял роман «Мидлмарч» Джордж Элиот. На второй строчке расположилась «Возлюбленная» Тони Моррисон
Читать полностью

















Комментарии (5)
Начала знакомство с этим автором с данного рассказа и осталась с противоречивыми чувствами. Понравился язык, мощь описаний, эмоциональное воздействие сюжета — он действительно цепляет, но одновременно вызывает внутренний протест. Тема отношений, которые автор называет рабством, показалась мне спорной. Да, такое тоже бывает, и жизнь знает подобные крайности. Но чаще это всё же выглядит как глубокая дружба и привязанность, а не как продажность «за кусок тухлого мяса». Есть близость, которая выдерживает боль, причинённую другом, и всё равно остаётся дружбой, а не унижением. Особенно зацепил образ прекрасных глаз. У настоящих рабов, как я это вижу, взгляд гаснет, в нём — покорность и смирение. А здесь — живые, красивые глаза, и именно поэтому для меня это не совсем про рабство. Несмотря на несогласие с частью авторских выводов, интерес к нему только появился. Продолжу читать его дальше.
Рассказ, написанный в 1917 году, сразу ощущается как текст с ярко выраженным политическим подтекстом, хотя на поверхности это история о собаке. За внешней простотой сюжета скрывается аллегория: речь не только о дворняге на цепи, но и о быдлонаселении целой страны. Жизнь собаки измеряется от кормёжки до кормёжки — как у людей от зарплаты до зарплаты, а тогда ещё и от обещаний одних политиков к обещаниям других. Эти подачки и посулы кажутся заботой, но на деле лишь притупляют и отводят взгляд от сути, превращая человека в послушное, зависимое существо. Особенно сильное впечатление производит образ самой собаки: она визжит, когда её бьют, рвёт на части того, на кого укажет хозяин, но при этом у неё «прекрасные глаза» и в их глубине — почти человеческая печальная мудрость. Литератор через эту деталь мягко напоминает: даже если политики видят в людях лишь биологическую массу, в каждом остаётся душа и способность к осмыслению. В итоге рассказ впечатляет именно этим контрастом: внешней покорностью и внутренней человечностью, спрятанной в глазах дворняги.
Эта короткая история зацепила именно тем, как точно и больно показана зависимость и преданность, доведённая почти до унижения. Читается легко, но остаётся тяжёлый осадок, потому что за образом животного явно скрывается нечто большее. Через образ дворняги автор говорит о существе, которое будет лизать те же руки, что ещё вчера его били. Вечный голод, жизнь от кормёжки до кормёжки, мечта о свободе и при этом возвращение к знакомому ошейнику — в этих деталях видна вся замкнутая круговая порука зависимости. Особенно сильное впечатление производят «удивительные глаза», полные любви, несмотря ни на что. В этой смеси доброты, верности и жалости чувствуется и трагедия самого существа, и немой упрёк тому, кто пользуется этой безоговорочной преданностью. В итоге текст выходит далеко за рамки темы собак. Это миниатюра о людях, об абьюзе, о привычке терпеть и о том, как сложно разорвать цепь, даже когда она кажется всего лишь «ошейником».
Нашла этот небольшой рассказ Замятина почти случайно — пришёл в рассылке, ожидала проходной текст, но он неожиданно задел. На одной странице автор показывает всю жизнь дворовой собаки, которой достаётся лишь конура во дворе и редкие куски тухлого мяса. Её существование измеряется этими скудными кормёжками, летом она задыхается от жары, зимой мёрзнет так, что лёд будто вонзается в шкуру, и даже лечь спокойно не может. Заботы нет ни в одну пору года, зато всегда найдётся время поиздеваться — подразнить сахаром, натравить на кошку. Особенно сильно звучит мысль: «Ведь ты — дворняга. У тебя нету слов. Ты только можешь визжать, когда бьют; с хрипом грызть, кого прикажет хозяин; и выть по ночам на горький зеленый месяц». При этом Замятин подчёркивает: у этой собаки удивительно добрые, почти неземные глаза. В итоге рассказ короткий, но очень мощный: простыми деталями и без лишних описаний автор заставляет по‑другому взглянуть на привычную дворнягу за забором.
Замятин, рассказ "Глаза"
Книга вроде бы о простой вещи — о собаке, но после прочтения остаётся тяжёлое, щемящее чувство и странное восхищение. Больше всего зацепили глаза животного: в них будто живёт тихая, человеческая печальная мудрость, которая говорит гораздо больше любых слов. На первый взгляд сюжет незамысловатый, зато контраст между псом и людьми бьёт по нервам. Собака даже не удостоена имени — «всего лишь животное» — и на этом фоне человек порой выглядит настоящим чудовищем. Именно через такие детали автор выстраивает весь мир рассказа. Отчётливо чувствуется перекличка с Экзюпери: та же тема доброты и личной ответственности за тех, кто слабее и полностью от нас зависит. Писатель ненавязчиво, но жёстко подводит к мысли, что отношение к животным многое говорит о человеке. В итоге это небольшой по объёму, но очень ёмкий текст, который заставляет посмотреть иначе на «братьев наших меньших» и на себя самого рядом с ними.