Месяц в деревне

Аннотация

Радиопостановка по одноимённой комедии И.С.Тургенева. В основе пьесы лежит любовный четырехугольник. Появление нового лица в деревне — всегда событие. Когда летом 184… в богатом имении Ислаевых появился новый домашний учитель, уже сложившееся равновесие оказалось некоторым образом нарушенным или, во всяком случае, поколебленным…

1
2
3
4
5
6
7

Рецензии

Любовный треугольник + новая троечка лошадок = чума в доме

«Месяц в деревне» Тургенева оставляет ощущение тихой, почти будничной истории, под которой скрывается мощный эмоциональный взрыв. Название прошло долгий путь: от «Студента» и «Двух женщин», где подчёркивался любовный треугольник, к нейтральному указанию места и времени, словно автор поднялся над частными страстями и увидел всю деревенскую жизнь целиком. В центре – усадьба и всего один месяц, за который в дом приезжий 21-летний студент Алексей Беляев успевает стать вершиной сразу нескольких любовных треугольников. Основные углы первого – он, 29-летняя Наталья Петровна и её 17-летняя воспитанница Верочка. Внешне жизнь течёт спокойно, но, как у Чехова в «Чайке», здесь «пять пудов любви»: три треугольника, завязанные на молодой хозяйке, склонной к рефлексии и «припадкам тоскливого беспокойства». Наталья Петровна – смелая, умная, страстная, но не переходящая неких внутренних границ. Рядом с ней сразу трое разных мужчин: любящий, практичный муж-помещик, утончённый друг семьи и бедный, весёлый Беляев. На этом фоне особенно трагично выглядит Верочка. На её судьбу влияет ещё одна «тройка» – обещанные доктору Шпигельскому лошади за содействие в сватовстве 48-летнего Большинцова. Первая реакция девушки – искренний смех, но после боли неразделённой любви и предательства опекунши она, не найдя иного выхода, почти отчаянно соглашается на этот нелепый брак. Параллельные линии сходятся в одной точке: за один день герои разъезжаются кто куда, каждый со своей тайной раной. Наталья Петровна всё это время мучительно всматривается в себя, замечая «тень» не только внутри, но и в окружающих. Муж, поглощённый хозяйством, остаётся последним, кто понимает, что произошло; студент чувствует себя занесшим в дом «чуму». Формально перед нами комедия, но за внешней лёгкостью – серьёзная психологическая драма без кровавых финалов, кроме сломанной судьбы Верочки.

— Aris

Тончайшие "кружева" душевных страданий

«Месяц в деревне» И.С. Тургенева оставил у меня сложное, но очень цельное впечатление: тихая усадебная жизнь оказывается намного разрушительнее, чем кажется вначале. В провинциальном доме Ислаевых всё вроде бы устоялось: муж занят хозяйством, давний поклонник Ракитин стал привычным фоном, сын и воспитанница Вера повзрослели. На этом фоне появляется молодой учитель Беляев, и Наталья Петровна, измученная бездельем и внутренней пустотой, внезапно «просыпается» — влюбляется и переворачивает жизнь всего дома. Тургенев показывает, как случайный месяц в деревне становится точкой, где каждый герой вынужден выбирать собственную судьбу. Особенно интересно, как раскрыта сама Наталья Петровна: её можно видеть капризной барыней, а можно — страдающим человеком, не умеющим любить и впервые столкнувшимся с настоящим чувством. Ракитин любит благородно и безнадёжно, доктор — с оттенком расчёта, Верочка — трогательно, впервые; Ислаев, кажется, больше привязан к новой веялке, чем к жене, но ревнует по-своему. Беляев — милый, стеснительный студент — скорее не любит, а пугается и уезжает, чтобы не стать таким же, как обитатели усадьбы. Ревность Натальи Петровны к Верочке делает её почти жестокой, хотя она осознаёт, что творит. Ответов Тургенев не даёт, оставляя читателю решать, как жить героям дальше. После чтения я посмотрела телеспектакль театра на Малой Бронной — потрясающая, очень точная интерпретация. Знаю, что есть постановки мастерской Фоменко, театров Ермоловой и Ленсовета, и, судя по отзывам, каждый театр предлагает собственный взгляд на эти страдания. Пьеса действительно сценична, и особенно хочется увидеть версию Ленсовета с Анной Ковальчук.

— Sand

Большая скука

«Дачный сезон» у Натальи Петровны — сплошная тоска. Муж целый день в делах, к вечеру заедет, обнимет по привычке — а ответных чувств уже нет, будто любовь испарилась. Сын Коленька отдан на откуп учителям и гувернёрам, с ним вроде положено проявлять нежность, но чем он живёт и интересуется, мать почти не представляет. Старый поклонник тоже приелся за четыре года однообразных вздохов. И вдруг появляется новый учитель для Коленьки — молодой, симпатичный, «свежий». Наталья Петровна мгновенно оживает, как охотничья собака, учуявшая добычу: впереди маячит захватывающее развлечение. Есть, правда, помеха — семнадцатилетняя воспитанница Верочка. Но сирота и бесприданница легко управляемы: стоит подтолкнуть её к соседу-вдовцу, и совесть формально чиста, дорога к юному учителю открыта. Иван Сергеевич под видом лёгкой дачной интрижки показывает историю довольно низкую. Наталья Петровна даже себе не признаётся в цинизме собственных манипуляций, лишь потом корит себя мысленно, но к тому времени всё уже сказано и сделано. Привычный выход — разыграть болезненную слабость, вызвать сочувствие мужа и доктора, спрятаться за роль «бедной нервной женщины». Однако на этот раз план рушится: Верочка оказывается сильнее, а оба поклонника отказываются участвовать в её играх. Все разъезжаются, и в итоге у Натальи Петровны остаётся только опустошение и мерзкое послевкусие.

— Echo

Они стояли на плечах гигантов

«Месяц в деревне» Тургенева — из тех пьес, без которых трудно представить ни «Чайку», ни «Вишнёвый сад». Чеховские слова о ней прекрасно показывают: русская литература — единый, прочный пласт, где одни авторы вырастают на плечах других, а сюжеты и мотивы свободно перекликаются. Неважно, откуда приходит история и насколько она «узнаваема» — важно, как она прожита и проговорена. Тургенев пишет о своей «почве», о дворянской усадебной среде, где люди обеспечены, погружены в себя и свои чувства, не прижатые к стенке жизненной необходимостью. Отсюда – тончайший психологизм «Месяца», это почти всёпонимание и внутренняя прозорливость персонажей. При этом в пьесе почти нет прямой социальной проблематики, но именно эта «чистая жизнь чувств» и становится скрытым приговором сословию, которое не знает ни ответственности, ни настоящего Дела. Чехов, с его неустанным «делом надо заниматься, делом», словно подводит итог: жить только переживаниями – роскошь, за которую Россия позже платит очень дорого. И всё же тургеневская ткань текста – изумительна: сложные узоры отношений, тонкие психологические ходы, ни одной небрежной линии. Читать «Месяц в деревне» обязательно, хотя бы ради того, чтобы увидеть, на каком фундаменте стояли потом Чехов и многие другие.

— Blitz

Чужая душа - темный лес. ©

«Месяц в деревне» Ивана Тургенева произвела на меня сильное, немного болезненное впечатление. Читается не как лёгкая «комедия», а как настоящая драма о том, как близкие люди ранят сильнее всех, искренне веря, что помогают. Тургенев очень точно передаёт атмосферу усадебной жизни: буквально растворяешься в этом времени и не хочешь выныривать из текста. В центре — две молодые женщины, проводящие лето в деревне. Обе связаны условностями, собственными чувствами и пристальными взглядами окружающих. Их объединяет страсть к одному мужчине, а вместе с ней — ревность, неопределённость, мучительное соперничество и невозможность открыто сказать о своих переживаниях. Возникает вопрос: действительно ли обязательно, чтобы счастье одной означало неизбежное несчастье другой? Тургеневу удаётся без нажима, но очень остро раскрыть внутренний мир разных людей, показать, как живые, несовершенные души путаются в желаниях и страхах. В этом, по-моему, и проявляется его подлинное мастерство и масштаб таланта. Отдельно отмечу экранизацию Веры Глаголевой «Две женщины» — она бережно относится к первоисточнику и почти не «осовременена». Редкий случай, когда не могу выбрать, что сильнее подействовало — пьеса или фильм: и то и другое, на мой взгляд, абсолютно достойно внимания.

— Zephyr

Четыре августовских дня в имении

«Месяц в деревне» оставил у меня ощущение тихой, почти прозрачной драмы, где за внешней неторопливостью скрывается сильное внутреннее напряжение. Название у Тургенева обманчиво: действие занимает не месяц, а четыре дня, и не в деревне, а в имении Ислаевых. Однако формально «месяц» есть: студент Алексей Николаевич уже около тридцати дней живёт у хозяев, и именно за это время успевает созреть узел чувств, который мы застаём в момент развязки. При желании можно даже вычислить точные числа: по реплике Беляева о предстоящих именинах Натальи Петровны и старому календарю выходит, что события происходят примерно с 19 по 22 августа. В центре — любовный треугольник Наталья Петровна – Верочка – Беляев, вокруг которого выстраиваются другие комбинации, вплоть до шести любовных треугольников. При этом почти все герои положительны: резких злодеев нет. Тургеневу удаётся создать острую ситуацию между людьми, которые в целом достойны сочувствия. Автобиографический подтекст просматривается в фигуре Ракитина, в котором критики видят самого автора, а в Наталье Петровне — Полину Виардо. Любовь здесь чаще похожа на увлечённость, настоящим, глубоким чувством по-настоящему живёт только Ракитин. Формально это «комедия», но читается как драма о столкновении живого чувства с общественными условностями. Неудивительно, что в этой пьесе так ясно видна та линия, которая потом приведёт к чеховскому театру.

— Rem

Все любят студента

Небольшая пьеса, которая подаётся как признание в любви, оставила у меня смешанные чувства: идея любопытная, но исполнение показалось неубедительным. По сути, всё строится вокруг бесконечного повторения одной фразы «я тебя люблю». На этом держится и сюжет, и взаимоотношения персонажей. Приезд Студента — главный толчок ко всем событиям: он будто запускает цепную реакцию признаний и становится тем самым «Студентом в деревне», вокруг которого крутится действие. В его спокойствии и здравом уме есть некий контраст к общей провинциальной скуке и абсурду загородной жизни, но автор почти не показывает, как именно жили герои до его появления и что у них творилось в голове. Персонажи постоянно говорят о любви, но за словами не чувствуется ни жертвы, ни реальной заботы о благе другого. Для меня любовь — это степень готовности поступиться чем‑то ради любимого, причём так, чтобы ему действительно стало лучше. Здесь же громкие признания быстро превращаются в пустой звук, от их повторения к финалу устаёшь. Пьеса заявлена как комедийная, однако написана слишком серьёзно, а намёков на фарс и сатиру почти нет, хотя потенциал для шутливой пьесы про скуку и ограниченность глубинки был. В итоге это текст для тех, кому хочется услышать признание в любви в форме одних и тех же трёх, по сути, пустых слов.

— Light

Любовь как стихийное бедствие

«Месяц в деревне» оставил у меня ощущение очень тонкой, чуть болезненной истории, где за внешне спокойной жизнью скрывается настоящая буря чувств. Тургенев назвал пьесу «повестью в драматической форме» и писал её в Париже, а на родине текст дважды урезала цензура. В основе сюжета не простой любовный треугольник, а скорее запутанный пятиугольник: вокруг Беляева — 21‑летнего студента с веселым, смелым взглядом — переплетаются желания, слабости и страхи. Главное противостояние — между Натальей Петровной и её 17‑летней воспитанницей Верой. Обе влюблены в Беляева, и Тургенев доводит ситуацию до «открытых боёв»: героини буквально выпытывают признания друг у друга и доносят их до Беляева, порой в присутствии соперницы. Второй, более важный конфликт происходит внутри Натальи Петровны. Умная и страстная, она разрывается между чувством к Беляеву, собственным достоинством, моральными принципами, мужем и верным поклонником Ракитиным. Ракитин — ещё один воздыхатель Натальи Петровны и, по сути, авторский двойник. Через него Тургенев высказывает своё представление о любви как о болезненном рабстве, от которого хочется бежать, и именно он настаивает на отъезде Беляева ради «чести женщины». В его речах слышатся знакомые тургеневские мотивы, а в описаниях природы — фирменный, почти живописный пейзаж: могучий дуб на темно-синем небе и хрупкая берёзка, словно тающая в солнечном сиянии. В итоге «Месяц в деревне» — не просто история о любовном увлечении, а очень честный разбор того, как страсть ломает людей, заставляя выбирать между желанием и совестью.

— Riv

Книжка оставила двойственное впечатление: вроде ничего особенного не происходит, а наблюдать за этими «деревенскими страстями» всё равно любопытно. Мир прописан как типичная усадьба, где барышни с утра до вечера маются от безделья: чай под яблоней, прогулка к пруду, переход по аллее, головная боль для приличия — и день прошёл. Никакой работы, никаких забот, только праздность, из которой, собственно, и вырастают все беды. Кажется, если бы их с утра отправляли на сенокос с граблями, на прополку с мотыгой или стирать бельё на речку с корытом, ни на какие чувства у них сил бы просто не осталось. Появление нового человека, этой самой «свежей крови», мгновенно будоражит всю компанию: каждая барышня норовит в него влюбиться. Верочка ещё ладно — она юная, впечатлительная. Но вот поведение Натальи Петровны уже вызывает вопросы: будто ей действительно не хватало тех самых условных граблей, чтобы одуматься. В итоге история выглядит как иллюстрация того, к чему приводит праздная жизнь: от безделья у героинь рождаются лишние страсти и лишние проблемы.

— Frost

Цитаты

Ничего нет утомительнее невеселого ума.

— Blitz

Что за охота людям, которые действительно вас любят, класть поочередно все свои пальцы в вашу рану? И ведь они убеждены в том, что от этого вам легче, вот что забавно!

— Blaze

...мы самих себя изучаем с большим прилежанием и воображаем потом, что знаем людей.

— Cairo

Что за охота людям, которые действительно вас любят, класть поочередно все свои пальцы в вашу рану?

— Kai

Ах, не дай бог мне узнать терзания ревности, особенно бессмысленной ревности!

— Jay

Как это скучно!.. Вы всегда со мною согласны.

— River

Да разве скуку можно скрыть? Всё другое можно... но скуку нет.

— Storm

Видно, барыням не по нутру, коли у нашего брата глаза зрячие. Делай по-ихнему, помогай им -- да и притворяйся еще, что не понимаешь их.

— Lone

Порядочный доктор никогда болен не бывает; разве вдруг возьмёт да умрёт...

— Ten

На днях мне одна дама говорила: «Вы не читали "Монте-Кристо"? Ах, прочтите — это прелесть». Я ничего ей не отвечала тогда, а теперь могу ей сказать, что читала и никакой прелести не нашла,

— Solo