Стихотворения в прозе

«Стихотворения в прозе» Тургенева оставили у меня двойственное ощущение, хотя в целом книга показалась интересной и необычной. В предисловии Тургенев советует читать эти миниатюры «враздробь: сегодня одно, завтра другое», но я, вопреки его рекомендации, проглотила их почти подряд. Каждое прочитанное «стихотворение» вызывало любопытство к следующему, и, похоже, именно из‑за такой спешки общее впечатление получилось смазанным. Часть текстов — условно назвала бы их сюжетными — воспринимаются как изящные, но почти бессодержательные зарисовки: о случайно встреченном веселом молодом человеке, о воробье, защищающем выпавшего из гнезда птенца, и подобных эпизодах «по поводу». Другая часть, скорее реплики, напомнила мне грегерии де ла Серны и «записные книжки» Камю: зафиксированные мгновения, наброски чувств, краткие размышления о жизни и смерти. Именно эти миниатюры показались наиболее цельными и глубокими, но их оказалось немного, а «сюжетных» заметно больше, и они местами утомляли. Тем не менее понимаю, что прочитала книгу «неправильно» и рановато ставить окончательную точку. Уверена, к «Стихотворениям в прозе» Тургенева ещё вернусь — уже медленнее и вдумчивее, как он и предлагал.

— Lone

Сборник мини-рассказов и притч Тургенева И.С. я прочитала с большим удовольствием: они воспринимаются как цепочка «стихотворений в прозе», где в малом объёме скрыта поэзия смысла, а не рифмы. Мир этих текстов строится на метафорах и размышлениях. Особенно запомнились «Разговор» и «Мои деревья» — через горы и многолетний дуб Тургенев говорит о человеческой жизни, её быстротечности и хрупкости рядом с вечностью природы. В этих миниатюрах много грусти, но она неизменно соседствует с лёгкой иронией. Автор поражает эмоциональностью и образностью языка: ощущается, что всё это им прожито и выстрадано. Его умение точно передать настроение так сильно задело меня, что некоторые рассказы хотелось не проглатывать, а останавливаться и обдумывать. Более мрачные тексты — «Старик», «Старуха», «Дрозд», «Что я буду думать?» — пронизаны страхом, тоской, размышлениями о старости и смерти, что понятно: сборник создан в последние, болезненные годы жизни писателя. И всё же главным для меня осталось одно: посыл о том, что «Любовь ... сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь». И финальный вызов судьбе — «Мы еще повоюем, чёрт возьми!» — звучит как мощный жизненный девиз.

— Vipe

«Стихотворения в прозе» Ивана Тургенева произвели на меня сильное впечатление: небольшая по объёму книга, а ощущается как итог целой жизни. Жанр для русской литературы непривычный: это не стихи в привычном виде, без рифмы и строгого размера, и одновременно не классическая проза. Скорее серия коротких, очень личных миниатюр, где главное — не сюжет, а чувство. Поэзия тут прорывается сквозь прозу, как ростки сквозь землю: вспыхивают эмоции, всплывают полузабытые детские сны, оживает природа, от описаний которой буквально хочется сказать: «Жить!». Через воспоминания и образы чувствуется опыт прожитых лет, усталость и мудрость зрелого человека. Тургенев здесь предельно откровенен: говорит о Боге, о России, о родном языке, как будто подводит черту и тихо собирает воедино всё главное, что накопил за свою жизнь. В результате это читается как его личное духовное завещание — коротко, просто, но очень пронзительно.

— Light

Эту книгу взяла в руки почти случайно и не ожидала, что она так откликнется. Я обычно не пишу рецензий и не умею красиво разбирать произведения, но здесь захотелось поделиться впечатлением. В сборнике на любой случай и под любое настроение находятся строки, которые точно попадают в нужную точку. Не каждое стихотворение заходит одинаково сильно, но время от времени попадаются такие, что буквально подхватывают твои мысли и переживания, поднимают то, что давно крутится внутри и не может оформиться в слова. Автору удалось передать то, что многие чувствуют, но не всегда умеют выразить. В этом, по-моему, главная ценность книги. В итоге это тот редкий случай, когда стихи действительно помогают разобраться в себе и своих состояниях, а не просто проходят мимо.

— Rem

Начну с того, что «Стихотворения в прозе» Ивана Сергеевича Тургенева произвели на меня очень сильное впечатление. Это та книга, от которой трудно оторваться, даже если сам автор просит читать иначе. Тургенев обращается к читателю с советом: не проглатывать все подряд, а возвращаться к текстам понемногу — по одному в день, чтобы не устать и дать каждому стихотворению время отозваться в душе. Я же, признаюсь, сделала наоборот: прочитала все сразу. Удержаться не смогла — слишком захватило. И, что удивительно, даже при таком «сплошном» чтении некоторые тексты глубоко меня тронули. Мир этих стихотворений строится вокруг снов и видений, размышлений о смерти, болезни, нищете и богатстве, старости, любви и многом другом. Особенно сильна тема смерти: Тургенев видит её во сне, боится, спорит с собой, пытается притупить страх, но постоянно чувствует её близость. Смерть у него принимает разные образы — насекомого, старухи, женщины в белом. Среди всех произведений особенно запомнились «Щи», «Завтра! Завтра!», «Молитва» и «Житейское правило» — они показались самыми пронзительными. В итоге для меня это книга, к которой захочется возвращаться уже по совету Тургенева — не спеша, по одному стихотворению, чтобы каждое успело «зародить что-нибудь в душе».

— Fly

Книга произвела сильнейшее впечатление: короткий текст, а впечатление от него остаётся надолго. Особенно зацепило стихотворение «Природа». В нём Тургенев почти без прикрас показывает, чем на самом деле является природа и какое место занимает в этом мире человек. Через несколько точных образов становится ясно: все наши привычные представления о себе как о «хозяевах» природы рушатся буквально в один момент. В этом и чувствуется сила Тургенева — его умение заглянуть в глубину человеческой сущности и одновременно увидеть человека глазами самой природы. Ни морализаторства, ни лишнего пафоса, только чёткое, почти беспощадное понимание. В итоге стихотворение «Природа» стало для меня самым запоминающимся у Тургенева: оно заставляет пересмотреть отношение к миру и своему месту в нём.

— Shadow

Senilia

Для меня эта книга связана с особой, почти личной историей. В выпускном классе репетитор по русскому дала мне старое, очень красиво оформленное издание “Стихотворений в прозе” Тургенева и сказала: мол, здесь есть текст на любую тему сочинения, можно смело цитировать. Тогда некоторые «стихотворения» буквально врезались в память, и с тех пор я лет восемь безуспешно пыталась найти свой экземпляр – всё-таки его стихи и традиционная проза гораздо популярнее. Когда наконец купила книгу, пару раз открывала её наугад и каждый раз отталкивалась мыслью: «Как же занудно он пишет». Но, собравшись и прочитав всё подряд, поняла, насколько ошибалась. Тургенев здесь создаёт по сути особый жанр: это что-то между притчей, коротким рассказом и заметкой, но при этом тексты очень яркие и образные. Темы – от правды и лжи до любви, зависти, глупости, щедрости; одни миниатюры – просто восхищение природой и бытом, другие по структуре почти полноценные рассказы с завязкой, кульминацией и финалом. Писал он их уже в старости, поэтому значительная часть посвящена одиночеству, тревожным снам, размышлениям о смерти и загробной жизни – видимо, именно на такие места я раньше и натыкалась. Сейчас же больше всего поразил язык: богатый, точный, по-настоящему красивый – таким сегодня владеют единицы. Жаль, что у этой книги так мало читателей: нужно огромное мастерство, чтобы уложить сильную историю в несколько строк. Если решите познакомиться, особенно советую “Два четверостишия”, “Воробей”, “Щи”, “Два богача”, “Мои деревья”.

— Quin

Эта книга стихотворений в прозе – небольшая по формату, но по силе воздействия поразительная. Читаешь и чувствуешь, как каждый текст буквально попадает прямо в сердце. Мир сборника складывается из пасторальных, почти идиллических картин, которые внезапно сменяются чем‑то тревожным и мрачно‑притягательным. Лирические зарисовки тут же переходят в философские размышления и необычные притчи. Автор вообще предлагает читать по одному произведению в день, но у меня так не вышло: слишком уж затягивает это ощущение тихого чуда. И всё равно после каждого текста невольно делаешь паузу – нужно время, чтобы прийти в себя и понять, что эти несколько строк сейчас с тобой сотворили. Общее настроение сборника – трепетное, немного щемящее, словно неспешное прощание с жизнью и подведение итогов. В текстах чувствуется какая‑то невероятная зрелая мудрость прожитой жизни: вроде уже всё понял, а отпускать не хочется – ни этот мир, ни людей, ни птиц, ни возникающие мысли и эмоции. Для меня это было редкое чтение: давно книга не вызывала такого сильного отклика и такого количества собственных размышлений.

— Aris

Цикл Тургенева «Senilia» произвёл на меня очень особое впечатление: это словно тихие, но пронзительные прощальные интонации, в которых уже чувствуется дыхание старости. Сам автор относился к этим миниатюрам как к «эскизам» и «этюдам с натуры», заготовкам для будущего большого произведения. Об этом он писал Стасюлевичу, но тот убедил его опубликовать цикл отдельно. В «Senilia» соединяются одиночество, старость, смерть, ощущение несовершенства мира и вместе с тем — какое‑то мудрое, смирённое принятие этого несовершенства, даже когда внутри всё протестует. Особенно отозвались знакомые с детства «Розы», написанные через тридцать лет после встречи с Полиной Виардо: размышление о быстротечности жизни и о том, что ценить каждое её мгновение начинаешь слишком поздно. «Воробей» — почти светлый гимн родительской любви. «Сон», «Старуха», «Без гнезда», «Насекомые» продолжают эту печальную, немного обречённую ноту. Тургенев мастерски пишет «стихи в прозе», в которых словно повторяет: «Живите. И любите людей, как я их всегда любил», хотя сам уже внутренне готовится к уходу. Голубое небо, лёгкие облака, красота искусства, женская улыбка — всё это у него неожиданно сталкивается с ложкой бесполезного лекарства каждые два часа. В этом контрасте и есть вся горькая правда позднего Тургенева.

— Storm