И эхо летит по горам

Красивый и вдохновляющий роман

Эта книга обманчиво нежна снаружи и совершенно иная внутри. По названию, обложке и красивой легенде ждёшь лёгкую романтичную историю, а получаешь очень тяжёлый, местами мрачный и безысходный роман, который при этом поражает своей красотой. В основе — разлука, растянувшаяся почти на полвека. История о вынужденном расставании, о боли самых близких людей, о жестокости и подлости, за которые рано или поздно приходит возмездие: зло не исчезает бесследно. Время здесь будто «сжимается гармошкой», и «все эти годы, что разделяли нас, складываются один на другой». Особенно сильна линия брата и сестры, Абдуллы и Пари. Психологически тяжело читать о продаже ребёнка, о чужой вине и роскоши забвения для одних и невозможности забыть для других: «У меня была роскошь забвения. А у него нет. Я знаю: он думал обо мне. Все эти годы помнил меня». При всей мрачности роман получается удивительно светлым и даже оптимистичным. Автор показывает, что «долго» — не то же самое, что «вечность»: разлука однажды заканчивается, справедливость всё-таки находит дорогу, а настоящая, преданная любовь способна выдержать годы, расстояния и страдания.

— Sky

«И эхо летит по горам» Халеда Хоссейни оставило у меня ощущение спокойного, не столь пронзительного, но все же сильного романа. Это не та книга, от которой переворачивается душа, как после «Бегущего за ветром» или «Тысячи сияющих солнц», но читать было по-настоящему интересно. Основой сюжета становится притча, которую отец рассказывает детям, Пари и Абдулле: он вынужден отдать любимого сына дэву, чтобы спасти остальных. Эта история как будто предсказывает их собственную судьбу – брата и сестру разлучают на долгие годы. Роман превращается в семейную сагу, охватывающую пять поколений с 1949 по 2010 год и переносящую читателя из Афганистана во Францию, Грецию и Америку. Афганистан здесь лишь фон: почти нет политики, войны, религии – главное внимание уделено обычным человеческим выборам. Персонажей много, единого главного героя нет, и каждая судьба по-своему цепляет. Но ни одна история не ранит так глубоко, как Лейла, Мариам и Амир в предыдущих книгах. Ощущается и смена стиля: Хоссейни явно вырос, ушел от повторения прежних тем, но перевод, на мой взгляд, стал тяжелее – сказывается замена Соколова на Мартынову. Есть и минусы: некоторые линии кажутся затянутыми (например, история хирурга, его матери и Талии), тогда как о самом Абдулле, его чувствах и жизни сказано удивительно мало. В итоге это очень человеческая книга о любви, семье, предательстве, о вторжении в чужую судьбу даже из лучших побуждений, о ностальгии по Афганистану людей, которые давно живут за его пределами. Я бы не стала начинать знакомство с Хоссейни именно с этого романа, но как дополнение к «Бегущему за ветром» и «Тысяче сияющих солнц» он прекрасно показывает другую грань его таланта.

— Rune

«И эхо летит по горам» Халеда Хоссейни оставило очень тёплое, но при этом щемящее впечатление. В этом романе, как в «Песне няни» Уильяма Блейка, слышится детский смех, зов домой и отголосок утраченного детства, и вся книга как будто разворачивает эти несколько поэтических строк. Мир романа охватывает почти всю человеческую жизнь: от беззаботных лет, когда рядом есть взрослые, рассказывающие сказки и поющие колыбельные, до глубокой старости, наполненной утратами, надеждами и пересмотром прожитого. Это семейная сага, но нестандартная: в ней переплетаются магический реализм, реальные исторические фигуры и восточная «магия» времени и памяти, а отдельные эпизоды охватывают десятилетия буквально в одном абзаце. Хоссейни, уже известный по «Бегущему за ветром» и «Тысяче сияющих солнц», здесь еще сильнее раскрывается как рассказчик. Его доброе, внимательное отношение к людям чувствуется в каждой линии сюжета, особенно в истории Идриса и Роши — по эмоциональной силе она не уступает драме из «Бегущего за ветром». Важен и образ дуба, проходящий сквозь весь роман: он становится и символом гор, и семейного древа, и судьбы страны. Пусть книга не поражает так оглушительно, как первые романы автора, «И эхо летит по горам» всё равно воспринимается как настоящая, честная литература о семье, памяти и истории, от которой невозможно остаться в стороне.

— Lake

Очень жаль, но третья книга Хоссейни оставила ощущение сильного разочарования. После двух невероятно сильных романов я ждала того же уровня эмоций, а в итоге получила что-то странное и рваное. Начало, казалось, обещало многое: интересная завязка, знакомство с героями, из которых вполне могла вырасти мощная история. Но примерно с середины повествование начинает скакать во времени, появляются новые персонажи, никак толком не связанные с основной линией. Эта мешанина обрубает интерес к чтению, а интрига, обозначенная в самом начале, в итоге ни к какому внятному результату не приводит. Создаётся впечатление, что после успеха первых двух книг от Хоссейни ждали ещё одного шедевра, и он просто «выжал» из себя этот роман. Особенно досадно, что кто-то может начать знакомство с автором именно с этой книги и так и не доберётся до двух его по-настоящему потрясающих произведений.

— Storm

Восточная сказка

Книга Халеда Хоссейни оставила у меня противоречивое впечатление: трогательная история, но заметно слабее двух его предыдущих романов. Мир тот же – Афганистан с войной, бедностью и безысходностью, но сюжет менее трагичен и подан через несколько пересекающихся историй. Роман разбит на главы, каждая посвящена отдельному персонажу и временному отрезку, из которых читателю приходится собирать общую картину. Всё начинается с того, что отец с сыном и маленькой дочкой идут через пустыню из деревни в город. По дороге он рассказывает притчу о чудовище, забирающем детей, если родители не отдают одного. Эта история подводит к реальности: чудовище здесь — богатая женщина, лишённая возможности иметь своих детей. Отец в нищете и холоде решается «продать» дочь, чтобы спасти семью. Его брат, дядя девочки, работает в доме этой дамы и из-за своей тайной любви к хозяйке подталкивает к сделке, ломая отношения между братьями. Затем врываются война, болезнь богатого мужа и бегство женщины с девочкой во Францию, когда талибы окончательно лишают её места в Афганистане. Персонажи, их характеры и внутренние конфликты во многом показались мне близкими, но структура с постоянными временными и сюжетными скачками утомляла, а язык показался суховатым. Читать было трудно и медленно, хотя отдельные сцены надолго отпечатались в памяти. В итоге книга, на мой взгляд, «просто хорошая», но далеко не лучшая у Хоссейни. Знакомство с автором я бы с неё не начинала — скорее это роман для тех, кто уже любит его творчество и готов терпеливо следить за рваным повествованием ради знакомой темы и атмосферы.

— Lone

Не забывай свои корни

Книга оставила двойственное впечатление: с одной стороны, очень сильная и пронзительная, с другой — ощущение недосказанности и недостающих фрагментов мозаики. Халед Хоссейни снова обращается к Афганистану, показывая, как одно решение отражается на судьбах людей в разных частях света и на протяжении нескольких поколений. История развивается медленно, как притча, ту, что отец рассказывает детям: сначала она кажется простой и туманной, но по мере чтения обрастает деталями и смыслом. Поражает масштаб трагедий, которые в реальности мы часто не замечаем, пока писатель не разложит по полочкам их последствия. К творчеству Хоссейни у меня отношение неравное: «Бегущий за ветром» почти не задел, «Тысяча сияющих солнц» — напротив, глубоко впечатлила. Эта, третья книга, вновь вызвала противоречия. С одной стороны, мощный фон — войны, страх, боль народа; даже в пределах одной семьи за несколько десятилетий происходит столько ужасного, что страшно представить, что творится со страной в целом. Интересно наблюдать, как поступки людей отзываются в судьбах их детей. С другой — персонажей слишком много, я путалась в именах и временах, не всегда понимала, зачем нужен тот или иной герой, а когда привыкала — история уже обрывалась. Ощущение, будто читаешь сборник слабо связанных рассказов, а такой формат мне не близок. Больше всего разочаровал недостаток внимания к Абдулле, которого я считаю главным пострадавшим из‑за решения отца. Как раз его судьбу после разлуки с Пари хотелось узнать подробней всего, но Хоссейни даёт лишь обрывки, этого катастрофически мало. В итоге роман производит сильное эмоциональное впечатление, но остаётся чувство, что важные части этой истории автор так и не рассказал.

— Riv

Калейдоскоп жизней

«И горы отзовутся» Халеда Хоссейни я дочитала в половине третьего ночи, хотя утром мне сдавать зачёт по имиджелогии. О последствиях подумаю позже: ощущение, что эта книга дала мне гораздо больше, чем любой учебник. Мир романа разрастается от маленькой афганской деревни Шадбаг до Кабула, Парижа, США, греческого Тиноса. Девять глав — как отдельные истории, которые складываются в семейную сагу о людях, разбросанных по миру, о потере и поиске корней, о том, как важно знать своё прошлое, чтобы не потерять себя в настоящем. Всё начинается с того, что отец ведёт Абдуллу и маленькую Пари в Кабул и по дороге рассказывает им сказку о дэве, забравшем ребёнка ради дождя. Здесь Хоссейни показывает себя иначе, чем в «Бегущем за ветром» и «Тысяче сияющих солнц»: чувствуется, что он опирается не только на афганский опыт, но и на собственную жизнь, эмиграцию, разорванность между странами. Его герои — Сабур, Абдулла, Пари, Парвана, Наби, Сулейман и Нила Вахдати, семья Башири, Амра, Роши, Маркос и другие — живые, противоречивые, со скелетами в шкафу и при этом с душой. Кого-то проще понять (того же Наби, Адиля, Идриса, Тимура), кого-то — почти невозможно простить, как Парвану с её поступком по отношению к Масуме. Для меня «И горы отзовутся» — книга, к которой хочется вернуться. Я без колебаний ставлю её в один ряд с другими романами Хоссейни и всем сердцем рекомендую к чтению.

— Light

Эхо судеб

Книга оставила двойственное впечатление: сильный старт и все более спорное развитие. В основе романа — три поколения одной семьи, на судьбы которых влияют события в разных странах и целая галерея персонажей, чьи истории тесно переплетены. Автор все время подводит к болезненному вопросу: действительно ли оправдано жертвовать чем‑то малым ради «общего блага» и становится ли от этого хоть кому‑то легче? Тем более, когда речь идет не об абстракциях, а о живых людях, чья жизнь меняется навсегда, и предугадать последствия через годы невозможно. Попытка сделать лучше здесь нередко оборачивается сломанными судьбами — и тех, кем пожертвовали, и тех, кого пытались спасти. Первая треть книги показалась по‑настоящему захватывающей: мир, конфликты, семейная история — все выглядело очень многообещающе. Но дальше сюжет, на мой взгляд, заметно просел, и дочитывать оказалось сложно. В итоге идея и начало романа сильные, но продолжение, как мне показалось, не дотянуло до заложенного потенциала.

— Solo

Книга оставила сильное впечатление именно внутренней наполненностью. Вроде бы начинается с простой притчи, но она задаёт тон всему роману: отказаться от самого дорогого ради спасения других и прожить с этим выбором, не скатываясь в эгоизм. Фон очевиден — Афганистан, страна, где страдание стало чем‑то обыденным: калеки, нищета, попрошайничество, мечта о переезде как о единственном спасении. При этом Халед Хоссейни уводит повествование от прямой политики, показывая мир через судьбы людей, разбросанных по разным странам и эпохам. Хронологию читатель собирает сам, как мозаику. Особенно запомнилась афганская поэтесса Нила Вахдати, ушедшая в парижскую жизнь и как будто срезавшая свои афганские корни. Её дочь Пари уже «западный» человек, только внешне напоминающий об Афганистане. Постепенно встаёт вопрос: стоила ли свобода такой цены? Идрис, живущий в США, возвращается на родину и вдруг видит контраст двух миров так остро, что по-настоящему шокирует его уже Америка — и собственное благополучие на фоне чужой нищеты и девочки, которой он не помог. История богатого мальчика Адиля показывает другую сторону: деньги не спасают от страха, одиночества и запертой «золотой клетки», где мать живёт развлечениями, а отца почти нет, и из этого вырастает протест. Слишком много переплетённых судеб, чтобы пересказать все. Для меня Хоссейни создал роман, который не хочется мерить его же предыдущими книгами. Он не лучше и не хуже — просто иной, особый, и этим ценен.

— Crow