Приют грез

«Приют грёз» Эриха Марии Ремарка произвёл на меня удивительно тёплое впечатление. Для дебюта 1920 года роман выглядит зрелым и цельным: ни следа сырости, аккуратный язык, атмосферность, тот самый узнаваемый ремарковский стиль. Особенно тронула сама идея: ранняя юность, первые шаги во взрослую жизнь, первые ошибки и первая любовь. Роман словно удерживает читателя в тёплом майском вечере: музыка, живопись, беседы о жизни и искусстве, посиделки в дружеском кругу. Фриц собирает вокруг себя молодых талантливых людей — Эрнста, Элизабет, Трикс, Фрида, — и между ними возникает то особое чувство, когда зрелость мягко наставляет юность. Почти физически ощущаешь звуки, краски, запахи этого «майского» мира. Не случайно книга выходила и под другим названием — «Мансарда снов», оно очень точно передаёт её настроение. С Ремарком у меня отношения непростые: не зашли «На западном фронте без перемен» и особенно «Три товарища», от которых ожидала многого, зато «Жизнь взаймы» очень полюбила. «Приют грёз» показал ещё одну грань автора. Интересно, что любовная линия по настроению неожиданно отсылает к Тургеневу, к его «Вешним водам»: общие мотивы, схожие настроения, перекличка характеров. Финал у Ремарка, в отличие от привычной для русской классики печали, заметно светлее и оптимистичнее, хотя и кажется несколько идеализированным и не совсем правдоподобным. В целом поставила бы роману твёрдые 4 из 5: хотела получить «типичного Ремарка», а местами словно перечитывала Тургенева — но в этом, пожалуй, и его особое очарование.

— Rem

Для меня это необычный Ремарк: очень ранний, местами наивный и почти чересчур сентиментальный, но при этом удивительно цепляющий. Начинать знакомство с автором я бы с этого романа не советовал, однако и пропускать его, на мой взгляд, не стоит. Книга держится не столько на сюжете, сколько на настроении: тишина, покой, умиротворение — и вдруг резкий поворот к буре чувств, всепоглощающей любви и смерти. На фоне почти безлюдного, по-своему идеального мира постепенно проступают те самые ремарковские темы: трагическая любовь, одиночество, мысль о том, что «мир прекрасен, и прекраснее всего — без людей». Персонажи проговаривают поразительно зрелые для 22‑летнего автора мысли об отношениях, измене, эгоизме в любви. Любовь у Ремарка здесь — как борьба, где полное саморастворение опасно, а тот, кто первым отдаёт себя без остатка, оказывается проигравшим. Пусть это и не самая сильная вещь писателя, но тем, кто считает Ремарка своим любимым автором (как и я), я бы всё равно рекомендовал прочитать этот ранний роман хотя бы для полноты представления о его пути.

— Jay

Очень неловко ставить низкую оценку одному из самых любимых авторов, но именно с этим произведением у меня не сложилось. Понимаю теперь, почему когда-то критики жестко прошлись по молодому Ремарку. Идея сама по себе сильная: чистое чувство, любовь к человеку и человечеству, принятие, прощение, внутренняя красота и теплая человечность. В книге есть действительно красивые размышления о любви и о жизни, чувствуется замысел, который мог бы тронуть до глубины души. Но лично для меня все оказалось чересчур: эмоции постоянно «на взводе», текст местами выглядит чрезмерно восторженным, напыщенным и приторным. Чувства переливаются через край настолько, что перестают казаться живыми и настоящими. Отдельно выбесил перевод: фраза вроде «красивые глаза улыбались, а нежные губы дрожали» повторяется десятки раз, сначала про женщину, потом и про мужчину. И это лишь один пример из множества подобных повторов. Очень жаль: это совсем не тот Ремарк, к которому я привыкла и которого так ценю.

— Aero

«Многим одно лишь доброе слово помогло вновь стать человеком, а золото оказалось бессильным»

«Приют грез» Эриха Марии Ремарка произвел на меня очень тёплое впечатление, хотя понимаю, почему критики когда-то набросились на него за излишнюю сентиментальность. Интересно осознавать, что этот ранний роман, которому уже сто лет, едва не стал для Ремарка последним: он тяжело переживал разгромные отзывы и почти решил больше не писать. Сейчас трудно поверить, что мы могли бы никогда не узнать автора, ставшего одним из самых известных писателей мира. Говорят, в каждом герое «Приюта грез» есть что‑то от самого Ремарка, и это ощущается. Здесь почти нет войны, в отличие от более поздних его произведений, возможно, как раз из‑за той самой критики. В центре — любовь, юность, ошибки, выбор, который неизбежно причиняет боль другим, утраты и новые обретения. Диалоги о простых будничных радостях трогают особенно сильно: через них автор впервые по‑настоящему раскрывается как человек. Роман выходит искренним, очень чувственным и, да, безусловно сентиментальным — но в этом его привлекательность.

— Storm

Ежик в любовном тумане.

«Приют грез» Ремарка оказался для меня неожиданным, но по‑своему очаровательным Ремарком — без войны, фронтов и привычных рек алкоголя, зато с весенней воздушностью и почти тургеневским настроением. Иногда кажется, что над героями тонкой дымкой витает романтика Фицджеральда, и в этом на удивление легко растворяешься. Мир «Приюта грез» напоминает волшебное убежище, где даже самый простой бутерброд с хлебом и маслом превращается в маленькое поэтическое действие. Май как будто застрял в занавесках комнат и уже не собирается их покидать: здесь естественно мечтать, верить своим желаниям и чувствовать жизнь как радостный предрассветный сон. Пробуждение все равно наступит, но пережитое счастье становится внутренним компасом, который помогает искать свой путь. Ремарк пишет о любви так искренне и красиво, что его сентиментальность не раздражает, а кажется уместной. Весенняя атмосфера, молодость постоянных обитателей «Приюта грез» и это половодье чувств и признаний почти заслоняют самих персонажей — но в данном случае это не минус, а особенность. Здесь важнее состояние: заблудиться в любовном тумане, чтобы однажды найти дорогу к себе и своему единственному, неповторимому счастью, которое всегда прячется внутри.

— Blitz

Храм искусства и любви

Для меня эта книга Эриха Марии Ремарка стала удивительно нежной и одновременно сильной историей о любви и искусстве. Чувствуется, что это раннее произведение писателя: он только вступает на свой литературный путь, но уже поражает верой в талант, красотой духа и почти физически ощутимой поэтичностью текста. Действие разворачивается в Оснабрюке 20‑х годов XX века, весеннем, цветущем, полном запаха сирени. В центре — художник Фриц Шрамм, собирательный образ творца, на которого автор возлагает лучшие человеческие устремления. Вокруг него — Элизабет, Эрнст, Паульхен и Фрид: молодые, одарённые, влюблённые во Фрица и в искусство. Их общий мир сосредоточен в мансарде Фрица, в «Приюте грёз» — месте споров, признаний, поэзии и музыки, настоящем Храме, где поклоняются родине, любви и творчеству. Ремарк тонко сплетает любовную драму с трагедией личности, противопоставляет высоту таланта человеческой мелочности. Постоянно звучит тема родины — как далёкого тихого берега в океане жизни, куда стремится одинокий скиталец. Чувствуется искренняя, почти юношеская любовь 22‑летнего автора к своему городу и стране. Для меня эта книга — не только о любви и искусстве, но и о том, как любовь к искусству превращается в искусство любить. Нежная, музыкальная, полная символов и образов, она оставляет послевкусие светлой грусти и восхищения.

— Quin

Книга оставила двойственное впечатление: если бы не имя Эриха Марии Ремарка на обложке, легко можно было бы подумать, что это роман какого-нибудь сентиментального автора начала XIX века, а не привычный Ремарк с его жестким реализмом. Действие разворачивается в немецком Оснабрюке, в неопределённое время на рубеже XIX–XX веков. В центре – художник Фриц Шрамм, живущий в провинциальном городе и не отпускающий из сердца рано умершую возлюбленную Луизу. Он создает вокруг себя своеобразный «Приют грёз» для молодых людей, которым отдаёт все силы и время. Среди них особенно выделяются талантливый музыкант Эрнст Винтер и Элизабет Хайндорф, девушка с обострённым чувством сострадания и человеколюбия. Персонажи показались мне слишком идеализированными. Фриц — практически безупречный рыцарь, Элизабет готова любить Эрнста до конца жизни, какой бы ценой это ни обошлось. Наиболее живым вышел именно Эрнст: у него есть и слабости, и сомнительные поступки, хотя в итоге он всё равно возвращается в Оснабрюк к Элизабет после бурного загула. В итоге роман показался чрезмерно сладким и романтизированным, совсем не в духе того Ремарка, которого я привыкла видеть.

— Onyx

У Ремарка есть особая интонация: независимо от темы, его книги почему-то почти всегда оставляют после себя тихую, тянущуюся грусть и заставляют думать о чужих судьбах и своих собственных. В «Приюте грёз» он показывает внешне обычных людей: они влюбляются, расстаются, живут как миллионы других. Но здесь это творческая интеллигенция, художники и музыканты, которые пытаются через искусство приоткрыть людям мир красоты. Мансарда Фрица становится тем самым «приютом грёз» — местом, где он не только пишет картины, но и живёт воспоминаниями о погибшей возлюбленной Лу. Он не отпускает боль, а разговаривает с ней вслух, будто она рядом, и его обращённые к ней слова звучат пронзительно и очень по-человечески. Фриц постоянно кому-то нужен: сначала Эрнсту, молодому композитору, затем Элизабет, согласившейся позировать. Пережитое и бесконечные размышления о смысле жизни делают его почти мудрецом. Удивляет, что такие зрелые мысли Ремарк вкладывает в героя, будучи сам ещё очень молодым. Мне непонятно, почему это произведение считают неудачным: да, оно меланхолично, но в нём много тепла, участия и самопожертвования. Возможно, дело в том, что не веришь в долгое счастье Эрнста и Элизабет — слишком уж он инфантилен на фоне её здравого смысла. Жаль и саму Элизабет, рано столкнувшуюся с жестокостью жизни. Грустно и от того, что иногда только смерть близкого человека заставляет кого-то начать жить по-настоящему правильно. Я нисколько не жалею, что познакомилась с этой повестью.

— Light

Как быстро в жизни может миновать нечто, в чем еще совсем недавно заключался весь ее смысл (с)

«Приют грёз» Ремарка меня не покорил. Кажется, я всё ещё хожу вокруг его сильных вещей и начала не с той точки: взялась за самый первый роман, который критики дружно называют провалом. Аннотация, как по мне, только вредит: она не столько намекает на суть, сколько пересказывает почти весь сюжет, включая смерть друга, которая вообще-то подается как одна из финальных точек истории. А сама книга… Если попытаться честно осмыслить происходящее, то это, по сути, повседневность небольшой компании творческой интеллигенции. Внешних событий немного, и если убрать бесконечную меланхолию, страдания, потоки философствования, стихи и тексты песен, останется очень скромный объём. Да, роман очевидно биографичен: Фриц, Лу, сам «Приют грёз», трагическая гибель Фрица — всё это отголоски жизни Ремарка, его попытка сохранить и переоценить прошлое. Но идеи, которые он здесь разворачивает, мне совершенно не близки. Место женщины — рожать, вести хозяйство, терпеть и прощать; любовь разорвана на платоническую Элизабет и демоническую Ланну; мужчина вечно страдает, но почти никогда не виноват — «жизнь так сложилась», «его просто сбили с пути». Читать о таком не хочется. При этом уже ясно видно фирменного Ремарка: у него нет по‑настоящему счастливых людей, любовь у него неизбежно связана с болью. «Приют грёз» можно открыть, если хочется погрузиться в густую меланхолию, слёзы в алкогольно-цветочном тумане и взглянуть на «другого» Ремарка — ещё без войны, но уже с его узнаваемой безысходностью.

— Riv