
Клад мистера Бришера и другие рассказы
Цепляясь за камни, Кубу спустился по отвесной стене в бездну, навстречу свету и морю, и над душой его трепетало в летучем счастливом вихре подобное сну предчувствие светлой, солнцу подвластной земли, на которой живут среди света освобожденные люди, покорные солнцу и только солнцу.

- Ты умрешь там, за краем, - так проклял старик Кубу, и с тех пор все сторонились обреченного. "Там, за краем" значило: вне родины, вне сумрачного леса! "Там, за краем" значило: под страшным палящим солнцем, в пылающей гибельной пустоте.
«Der Waldmensch» Г. Гессе оставил у меня противоречивое впечатление: вроде бы философская притча о смысле жизни, добре и зле, но показалась слишком прямолинейной и банальной. Мир прост: племя живёт в лесу и никогда не покидает его пределы. Всем управляет слепой шаман Мата Далам, когда-то выбежавший из леса к солнцу, ослепший и с тех пор уверенный, что за пределами — лишь гибель. Он сочиняет священные песни, вводит всё более жестокие ритуалы вроде праздника новолуния, где людей загоняют до изнеможения и калечат. Молодёжь — во главе с Кубу — с этим не согласна и пытается свергнуть власть старика, но попытка заканчивается поражением и изгнанием. Образ Кубу и его протеста легко читать и как метафору личностного роста (борьба с «внутренним шаманом», выход из леса-зоны комфорта к солнцу), и как аллегорию смены поколений и революции. В чём-то рассказ напоминает «Данко» Максима Горького: тоже люди в лесу и тот, кто ведёт их к свету. Гессе явно на стороне Кубу и прогресса, шаман же — тьма, идолопоклонство и страх нового. Финал, на мой взгляд, переусложнён и чересчур пафетичен, а посыл — слабый. Идею «ученье — свет» автор зашивает слишком прямолинейно. В итоге для меня это получилась «сказка на один раз»: прочитать, задуматься на пару минут и забыть.
— Rem
В начале древнейших эпох, когда молодой род человеческий не расселился еще по Земле, были лесные люди. Они боязливо жались друг к другу в сумраке диких лесов, жили в вечной вражде со своими сородичами обезьянами, и один только бог, один закон владычествовал над их бытием -- лес. Лес был им родиной и пристанищем, колыбелью, норой и могилой, и никто из лесных людей не мыслил жизни вне леса.
— Nix