Приключения Оливера Твиста

“Глубоко в человеческом сердце заложена страсть травить кого-нибудь.” (c)

До «Оливера Твиста» я знала о книге только самое общее: мальчик-сирота, автор — Чарльз Диккенс, и ни одной экранизации. Все «диккенсовские мальчики» в голове сливались у меня в одного условного Дэвида Копперфильда, и только сейчас Оливер как бы «выделился» из этой общей массы. Однако по мере чтения он так и не стал для меня самостоятельным, живым персонажем. Оливер остался довольно типичным образом «несчастного сироты, которого давят, но не ломают». Я искренне переживала за все его испытания: мрак и трагизм у Диккенса по‑прежнему отточены до гениальности. Но сочувствие было скорее ко всем «бедным сироткам разом», а не к конкретному Оливеру. Похожая история случилась и с остальными героями. Банда Хеджина воспринималась как безликая группа «просто воров», «хорошие» — как одинаковые благодетели. Имена и характерные черты почти не запоминались, чуть ярче других выглядели только Нэнси и Сайкс. Вероятно, прочитай я роман в детстве, намного легче простила бы и черно-белость персонажей, и невероятные совпадения, и дыры в сюжете. При этом слог Диккенса порадовал: ироничный, живой, с потрясающим чувством мрачной комичности. «Оливер Твист» в любимые у меня не войдет, но о прочтении я точно не жалею.