Романы и повести

Аннотация

В этих произведениях Александр Пушкин выходит за рамки классического повествования, экспериментируя с формой и содержанием. Здесь автор предстает перед читателем в разных ипостасях: как историк, изучающий свои корни и судьбу народа; как путешественник, фиксирующий реалии войны и быта; и как философ, размышляющий о природе творчества. «Арап Петра Великого» — незавершенное полотно о судьбе Ибрагима Ганнибала, где через личную переписку и хронику событий передается дух перемен петровской эпохи и столкновение «человека просвещения» с российским укладом. «История села Горюхина» — тонкая сатира, замаскированная под краеведческое исследование. Через хронику одного маленького села Пушкин виртуозно высвечивает проблемы и характер всей России того времени. «Путешествие в Арзрум» — путевой дневник, лишенный излишнего романтизма. Это честный и лаконичный взгляд свидетеля на военные действия, Кавказ и встречу с судьбой (включая знаменитый эпизод встречи с телом Грибоедова). «Египетские ночи» — уникальный сплав прозы и поэзии. Произведение сталкивает мир светского Петербурга с миром импровизатора, обнажая конфликт между искусством как божественным даром и его восприятием в обществе.

Читает:Вячеслав Герасимов

Цитаты

Пытка, в старину, так была укоренена в обычаях судопроизводства, что благодетельный указ, уничтоживший оную, долго оставался безо всякого действия. Думали, что собственное признание преступника необходимо было для его полного обличения, — мысль не только неосновательная, но даже и совершенно противная здравому юридическому смыслу: ибо, если отрицание подсудимого не приемлется в доказательство его невинности, то признание его и того менее должно быть доказательством его виновности.

— Sky

Я не в состоянии жертвовать необходимым в надежде приобрести излишнее.

— Sand

Иван Игнатьич! — сказала капитанша кривому старичку. — Разбери Прохорова с Устиньей, кто прав, кто виноват. Да обоих и накажи.

— Shadow

Лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от изменения нравов, без всяких насильственных потрясений.

— Rem

...береги платье с нову, а честь с молоду.

— Ten

Я слишком был счастлив, чтоб хранить в сердце чувство неприязненное.

— River

Буде лучше меня найдешь, позабудешь, Если хуже меня найдешь, воспомянешь.

— Lake

Не приведи бог видеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный!

— Zephyr

Однажды орел спрашивал у ворона: скажи, ворон птица, отчего живешь ты на белом свете триста лет, а я всего на все только тридцать три года? – Оттого, батюшка, отвечал ему ворон, что ты пьешь живую кровь, а я питаюсь мертвечиной. Орел подумал: давай попробуем и мы питаться тем же. Хорошо. Полетели орел да ворон. Вот завидели палую лошадь; спустились и сели. Ворон стал клевать, да похваливать. Орел клюнул раз, клюнул другой, махнул крылом и сказал ворону: нет, брат ворон; чем триста лет питаться падалью, лучше раз напиться живой кровью, а там что бог даст!

— Zen

стихотворцам нужен слушатель, как Ивану Кузмичу графинчик водки перед обедом

— Riv