Возьмите спичку

Космос черный. Не просто темный, а черный до звона в ушах, без единой звезды. И это не метафора, это реальность, в которую угодил суперкорабль Петра Хэнсена после очередного прыжка. Звезд нет. Совсем. А без них ты никто, слепой котенок в бесконечности, который не может даже крикнуть «помогите», потому что не знает, куда слать сигнал. Дальше все как в жизни, виноватых ищут быстро. Термоядерщик Вильюкис, гений с самомнением до небес, обиженно сопит в сторонке, мол, это вы, астрономы, не предупредили про облако. Астроном Штраус разводит руками, облако-то не простое, в нем гидроксил и формальдегид, и водорода кот наплакал. Топлива нет, прыжок не сделать, и перспектива провести пару-тройку лет в этой черной каше никого не радует. И вот в этот момент, когда взрослые дяди с дипломами играют в «кто виноват», в игру вступает он. Школьный учитель. Луис Мартанд. Человек, который привык объяснять сложное просто и находить выход там, где другие видят только стену. Он не капитан, не гений-термоядерщик, он просто пассажир. Но именно он замечает странное гудение в туалете, которое смолкло. Именно он понимает, что труба выключена, и делает выводы, от которых у бывалых космических волков округляются глаза. И именно он, через хорошенькую девушку Черил, подкидывает Вильюкису идею, от которой тот сначала фыркает, а потом хватается за нее как за спасательный круг. Только вот незадача, спаситель оказывается под арестом. За то, что спас. И это не спойлер, это просто жизнь. Справедливость, как говорит капитан, штука дорогая и не всегда по карману

Космос за иллюминатором был черным, как смоль, ни одной звезды. И это была не просто темнота, а самый настоящий кошмар для любого дальнепроходца. Петр Хэнсен, капитан суперкорабля, знал это чувство. Прыжок через пространство тахионов, штука рискованная, всегда есть шанс промахнуться и оказаться черт знает где. Ученые, конечно, говорят, что вероятность заблудиться ничтожно мала, что квазары видны отовсюду. Но что, если ты угодил в густое пылевое облако? Тогда ты слеп. Хэнсен, высокий и угрюмый, сидел в своем любимом капитанском отсеке и мрачно смотрел на показатели. Связь с астрономом Штраусом не принесла хороших новостей. Они в рассеянном скоплении, но сориентироваться не могут. Ни в обычном свете, ни в инфракрасном ничего не видно, облако густое, как каша. А главное, их термоядерщик, Антон Вильюкис, отказывается использовать ковш, боится повредить магнитное поле. Штраус доложил, что Вильюкис дуется и воспринимает все как личное оскорбление. Хэнсен бессильно вздохнул. Термоядерщики, это особая каста, они ведут себя как неразумные дети, но без них в глубоком космосе никуда. Именно от их таланта, который никто не может объяснить, зависит точность прыжка. Вильюкис был еще не самым трудным, но и он не постеснялся увести самую хорошенькую девушку на корабле, Черил, прямо из-под носа Штрауса. Штраус вызвал Вильюкиса. Тот появился на экране взъерошенный и злой. Он подтвердил, что труба выключена, но включать ее нельзя. Облако оказалось не просто плотным, а с очень скверным составом. Анализы показали огромное количество гидроксила и формальдегида, а водорода, который нужен для термоядерной реакции, почти нет. Вильюкис бушевал, обвиняя во всем астрономов, которые не предупредили его об этом облаке. Он заявил, что с таким составом реакция не пойдет, и потребовал, чтобы его доставили туда, где есть водород. На это Штраус резонно заметил, что на полусветовой скорости они могут крутиться здесь годы. Штраус отключил связь в отчаянии. Он понимал, что термоядерщику бесполезно что-то доказывать. Существовала даже теория, что повторные прыжки влияют на мозг, и термоядерщики просто не могут восстановиться полностью. Но, скорее всего, они просто донельзя испорчены. Штраус подумал о Черил. Может, она смогла бы найти подход к Вильюкису? Но было еще только первое сутки, и он решил подождать. А Вильюкис, тем временем, был доволен собой. Он чувствовал, что проявил твердость. Он не собирался брать ответственность на себя, пусть капитан и астрономы сами ищут выход. Он даже не поверил в серьезность положения, думая, что его просто пугают. Но сигнальная лампочка мигнула, и в дверях появилась Черил. Она была обеспокоена, рассказала, что пассажиры заметили отсутствие звезд, а один из них, некий Луис Мартанд, пожилой школьный учитель, сказал, что это неспроста. Вильюкис раздраженно велел ей заставить Мартанда замолчать. Но Черил продолжила. Она рассказала, что Мартанд, кажется, очень знающий человек. Он заметил, что в одном из туалетов стихло гудение, а в шкафу с шахматами место, которое всегда нагревалось, стало холодным. Из этого он сделал вывод, что термоядерная труба выключена, и что им может не хватить энергии для нового прыжка. Вильюкис разозлился и назвал учителя паникером, но Черил возразила, что Мартанд не хочет сеять панику, а наоборот, сказал, что есть очень легкий выход из положения, который термоядерщик наверняка знает. Вильюкис заинтересовался и попросил Черил узнать, что это за выход. Черил вернулась к Мартанду. Тот, казалось, был недоволен, что она все рассказала, но подтвердил, что выход действительно прост. Он объяснил, что специалисты мыслят привычными категориями, а он, как учитель, привык импровизировать. Он указал на иллюминатор и сказал, что основное вещество в космосе, это водород, и на нем держится вся навигация. Корабли черпают горючее из космоса, но здесь, в этом облаке, водорода почти нет, а есть гидроксил и формальдегид. Эти соединения не дадут термоядерной реакции, но их можно использовать иначе. Он предложил провести обычную химическую реакцию при комнатной температуре, накопить выделившуюся энергию и использовать ее для прыжка. Мартанд был уверен, что Вильюкис, как любой термоядерщик, уже позаботился о запасе энергии, и химической реакции хватит, чтобы восполнить небольшой дефицит. Черил удивилась, почему он сам не поговорит с Вильюкисом. Мартанд покачал головой, это невозможно. Тогда Черил сама вызвалась поговорить с ним. Мартанд предложил ей пари, он был уверен, что Вильюкис уже сам додумался до этого решения и включил трубу. Мартанда тут же арестовали и поместили в изолятор. Через шесть часов его привели к капитану. Хэнсен выглядел усталым, но отнесся к учителю без враждебности. Он обвинил Мартанда в распространении слухов, вызывающих панику. Мартанд не отрицал, что говорил только с одной пассажиркой, и сделал это умышленно, чтобы информация дошла до Вильюкиса. Он сомневался, что термоядерщик станет его слушать, а через Черил, это был единственный шанс. Капитан усмехнулся, он оценил хитрость учителя. Мартанд объяснил, что надеялся, Вильюкис со смехом ответит Черил, что это элементарно, и запустит ковши. Он не подумал, что термоядерщик может отвергнуть идею, но этого не произошло. Мартанд понял, что его план сработал, когда в его камере через полчаса померк свет, значит, на корабле экономили энергию. Капитан удивился, почему Мартанд был так уверен в успехе. На что учитель ответил, что он постоянно имеет дело с детьми, а термоядерщики, это те же дети. Капитан улыбнулся и сказал, что Мартанд ему нравится, но это ему не поможет. Он объяснил, что Вильюкису пришлось проделать колоссальную работу, чтобы перестроить систему, рассчитать все параметры и вовремя совершить прыжок. Вильюкис, это исключительная личность даже среди термоядерщиков. Капитан пригласил Мартанда присутствовать при прыжке. Они смотрели на черный экран, и вдруг наступило странное мгновение, как будто током пронзило. Прыгнули. На экране вспыхнули звезды. Хэнсен с облегчением прошептал, звезды. Это был счастливейший миг в жизни Мартанда. Капитан сказал, что работа выполнена с точностью до секунды, они лишились энергии, но через пару недель у них будет ее полно, и пассажиры смогут наслаждаться зрелищем. Капитан повернулся к Мартанду и сказал, что его идея блестяще оправдалась. Но споров не будет, потому что роль Мартанда ни при каких обстоятельствах не должна стать известна. Вильюкис виртуозно выполнил задачу, и все почести достанутся ему одному. Мартанд согласился, понимая, что если задеть гордость термоядерщика, он будет потерян для корабля. Но капитан не мог отпустить Мартанда просто так. Он боялся, что учитель может случайно проговориться. Поэтому до конца путешествия Мартанд останется под домашним арестом. Мартанд возмутился, за что? Он же спас их всех. Капитан медленно покачал головой и ответил, что справедливость, вещь редкостная и слишком дорогая иногда, чтобы решиться на нее. Мартанд задумчиво почесал подбородок и спросил, не надо ли понимать это буквально. Капитан подтвердил, что именно буквально. Тогда Мартанд предложил посадить под арест и Черил, ведь она тоже может случайно проговориться. Капитан улыбнулся и сказал, что это была бы двойная несправедливость. Мартанд возразил, на миру и смерть красна. Капитан улыбнулся еще шире и согласился, что, пожалуй, учитель прав