Хамелеон

Подай-ка, брат Елдырин, пальто. Знобит

«Хамелеон» Чехова оставил у меня двоякое, но очень сильное впечатление. С одной стороны — смешно, с другой — неприятно узнаваемо. Само слово «хамелеонство» давно вышло за пределы рассказа и ушло в народ, но, кажется, мы его упростили. Чехов в образе полицейского надзирателя Очумелова показывает не просто угодника, а почти идеального чиновника, который мгновенно подстраивается под ситуацию: кому угоднее, тому и прав. Сегодня это легко читается как портрет «эффективного менеджера», который в любой заварушке останется в выигрыше, пока мужик с покусанным пальцем и собачка остаются крайними. Отношение к такому поведению меняется: во времена Чехова это однозначно осуждалось, сейчас многие готовы оправдать подобную гибкость. Но именно поэтому важны такие тексты: посмеявшись над Очумеловым, невольно задумываешься, хочешь ли сам быть таким или все-таки жить по справедливости. Отдельно восхищаюсь советским фильмом по Чехову, где Ильинский сыграл все роли, в том числе в «Хамелеоне». Его знаменитое «Подай-ка, брат, Елдырин, пальто. Знобит» сделало фразу бессмертной. Забавно, что слово «брат» у Чехова нет — это импровизация актера, которая удивительно точно дорисовала образ героя.

— Lone

— По какому это случаю тут? — спрашивает Очумелов, врезываясь в толпу.— Почему тут? Это ты зачем палец?.. Кто кричал?

«Хамелеон» Чехова оставил очень приятное впечатление: смешно, живо, но за юмором хорошо чувствуется горькая правда жизни. Слушал в аудиоисполнении Олега Табакова — это отдельное удовольствие: интонации, смена голосов делают рассказ ещё ярче. Сюжет прост: на базарной площади золотых дел мастер Хрюкин жалуется, что его за палец укусил маленький борзой щенок. Полицейский надзиратель Очумелов с городовым приходит «разбираться», и вокруг пустякового происшествия мгновенно вырастает целая «драма закона». Стоит только заподозрить, что собака может принадлежать важному человеку, как отношение к делу и «строгость» закона тут же меняются. Собака дрожит в углу, а общественное мнение мечется не хуже самого Очумелова. В этом Чехов, как всегда, попадает в точку: его рассказы легко приложить к современности. Двойные стандарты, чинопочитание, зависимость правды от положения в обществе — всё это ничуть не устарело. Очумелов, по сути, обычный «участковый» своего времени, но ведёт себя как настоящий хамелеон, бесконечно «переобуваясь» в зависимости от того, кто окажется хозяином пса. Финал особенно показательен: никто ничего не понял и выводов не сделал, всё просто рассосалось. Завтра произойдёт что-то похожее — и всё повторится. Именно за это я и ценю Чехова: смешно, узнаваемо, а после смеха остаётся лёгкая, но очень отчётливая горечь.

— Lake