Призраки Лексингтона

Сборник «Слепая ива и спящая девушка» оставил у меня противоречивое, но в целом насыщенное впечатление: это то чтение, к которому хочется возвращаться в нужное настроение. Мир рассказов у Харуки Мураками стабильно мрачный: одиночество, невысказанные чувства, странные встречи и призрачные мотивы. Семь историй, семь вариантов несчастья и внутренней изоляции — идеальное чтение для пасмурной погоды и того состояния, когда «в душе давно ноябрь», даже если за окном солнце. Страх тут не только чувство, а то, как человек отворачивается от него и теряет что-то важное. К прозе Мураками я всё ещё не питаю особого восторга. Пишет он легко, по‑европейски, местами очень увлекательно, но однообразие персонажей утомляет: замкнутые мужчины, любители классики и джаза, и таинственные, несчастные женщины из рассказа в рассказ. На этом фоне особенно выделились «Молчание» и «Седьмой» — сильные, честные истории о вине, трусости и последствиях выбора, в которых много жизненной правды. «Призраки Лексингтона» тоже зацепили атмосферой и темой призрачной вечеринки, а вот «Тони Такия» и «Зелёный зверь» показались проходными. «Ледяной человек» тронул своей холодной, заранее обречённой тоской. Финальная «Слепая ива и спящая девушка» заинтересовала идеей двух линий и мотивом потери слуха, хотя глубины не хватило. Отношение к Мураками в целом не изменилось, но желание продолжить знакомство с его книгами стало чуть сильнее. Время с этим сборником я провела не зря и, несмотря на придирки, осталась удовлетворена.

— Aero

Одиночество, любовь, честь.

У Мураками я больше люблю романы: рассказы показались менее размеренными и погружающими, будто всё происходит слишком быстро и обрывается на полуслове. Тем не менее сборник любопытный, хотя и неоднородный. «Призраки Лексингтона» — небольшая мистическая зарисовка из жизни автора, на мне почти не отразилась. «Зелёный зверь» я, честно говоря, так и не понял и слабо увидел его связь с общей концепцией сборника. Зато «Молчание» зацепило: история о человеке, который однажды оступился, но сумел не повторить ошибку и в похожей ситуации повёл себя уже иначе. «Ледяной человек» — странная, но трогательная любовь обычной девушки и ледяного человека, от которого все шарахались, а она решилась на отношения и в итоге оказалась с ним на Южном полюсе. «Тони Такия» — о одиночестве, чистом чувстве и второстепенности денег. «Седьмой» — о человеке, которого всю жизнь преследует прошлое и желание повернуть время назад; думаю, многим это знакомо. «Слепая ива и спящая девушка» представлена в урезанном варианте уже публиковавшегося текста: братья едут в больницу, и пока один проходит обследование, другого накрывают воспоминания; полную версию я ещё не читал, автор обещает иной смысл. В целом сборник интересный, но по силе воздействия для меня уступает романам Мураками.

— Mist

Каждый раз говорю себе, что «Мураками нельзя читать слишком много», как твердит мой друг, но стоит взять в руки его книгу — и я проваливаюсь в этот мир без оглядки. Для меня Мураками много не бывает. Сборник открывается «Призраками Лексингтона» — домом, где тихо соседствуют живые и мёртвые. Эти мирные призраки, застрявшие в своём доме и джазовых пластинках, словно цепляются за память. Мир сна у Мураками куда реальнее и теплее, чем будни, и особенно это чувствуется на фоне пережитых потерь Кейси и его отца. «Зелёный зверь» — почти «Красавица и чудовище», только красавица тут жестока, а чудище — единственный по-настоящему добрый герой, которого хочется защитить. «Молчание» показывает, как детские травмы мы тащим во взрослую жизнь: сильных это формирует, слабых — ломает, и порой именно молчание становится решающим испытанием. В «Ледяном человеке» любовь доводит до Южного полюса, в пространство без прошлого и будущего, где остаётся только настоящее и чувство двоих. «Седьмой» — исповедь о детском страхе и вине, о том, как трудно простить себе. В «Слепой иве и спящей девушке» особенно ранит образ пятнадцатилетнего двоюродного брата: вроде его не обижают, но в рассказе есть такая неуловимая боль одиночества, что сердце сжимается. Читая Мураками, постоянно ловлю себя на параллелях с собственным детством, снами, домом. Возможно, поэтому он так близок: в его историях я ощущаю тень чего-то своего. И каждый раз под воображаемый джаз с винила возвращаюсь в этот странный, но родной мир Мураками.

— Light

Что за дверью?

«Призраки Лексингтона» Харуки Мураками оставили очень сильное впечатление: рассказ читается легко, но осадок после него остаётся тяжёлый и пронзительный. Мир, который показывает автор, выглядит почти осязаемым, хотя речь идёт о призраках. Особенно сильно запоминается сцена вечеринки призраков: хочется буквально подтолкнуть героя к двери, чтобы он всё-таки заглянул за неё и мы узнали, что там дальше. При этом основная тема произведения — одиночество и потребность быть любимым — считывается очень ясно. Персонаж героя прописан убедительно, через детали его потерь. После смерти матери отец настолько выбит из колеи, что спит три недели, и позже герой сам проживает ту же трёхнедельную пустоту после смерти отца. Теперь он остаётся один в большом замке, и самое страшное — осознание, что некому будет так же «проспать» его собственную смерть. Написано мастерски и эмоционально честно, хотя финал, на мой вкус, слегка смазан и мог бы быть острее. Но рассказ всё равно определённо стоит прочтения — вряд ли останетесь равнодушны.

— Crow

«Слухайте песню ветра» стала для меня первой и пока единственной прочитанной книгой Харуки Мураками, но точно не последней. После неё появилось очень чёткое желание продолжать знакомство с его прозой. Каждый рассказ в книге воспринимается как отдельный замкнутый мир: небольшой по объёму, но удивительно цельный и завершённый. При этом Мураками оставляет в них достаточно недосказанного, чтобы после финальной точки ещё долго прокручивать историю в голове, додумывать детали, возвращаться к настроению и образам. Мне понравилось, как автор умеет одним-двумя штрихами наметить характер, ситуацию, состояние героя так, что веришь этому миру сразу. В его стиле нет лишнего пафоса, но есть какая-то тихая глубина, из-за которой тексты хочется перечитывать. В итоге книга оставила ощущение целостного, продуманного сборника, где каждый рассказ важен. Для первого знакомства с Мураками опыт оказался настолько удачным, что останавливаться на этой книге не хочется.

— Echo

Сборник рассказов Харуки Мураками в послесловии сам автор называет «отражением цепочки определённых настроений». Видимо, это были не мои настроения: читала в яркий, солнечный день, а не осенью, когда такая книга, возможно, зашла бы глубже. Мир рассказов у Мураками снова держится на трёх китах: одиночество, джаз и любовь. Любовь здесь разная: к другу, к жене, к чудовищу и чудовища к человеку, переживание смерти возлюбленных — это проходит через весь сборник. Даже там, где речь о драке и боксе, всё равно всплывает образ любимой жены, единственного по-настоящему надёжного человека. Про джаз Мураками пишет особенно бережно: так точно попадает в чувства любого меломана, что я лишь расстраиваюсь — сама так никогда не смогу выразить отношение к музыке. А вот одиночества в этой книге слишком много: одиноки все и в каждом рассказе. Если бы читала в другом настроении, возможно, это задело бы сильнее. Сейчас же большинство текстов показались скорее набросками: много размышлений, но не хватает событий и эмоций. По-настоящему впечатлил только «Ледяной человек» — холодная, тревожная история, от которой становится не по себе.

— Lake

"Этот сборник - отражение цепочки определенных настроений"

Когда‑то Харуки Мураками был для меня одним из самых любимых писателей: много его книг стоит на полке, в том числе и этот сборник. Со временем интересы сменились, и я почти забыла, за что так ценю его прозу, поэтому перечитывать оказалось особенно любопытно. Это сборник очень коротких рассказов, но каждый задает свой тон. «Призраки Лексингтона» — полубиографическая история: писатель Мураками временно живет в старом красивом доме знакомого, ухаживает за собакой, окружен джазовыми пластинками и хорошим вином. Кажется, что в такой идиллии ничего не случится, но именно там проявляется его фирменная мягкая меланхолия и спокойная, «добротная» проза. «Молчание» возвращает к школьным годам господина Одзава: детское увлечение боксом, удар одноклассника, последствия, которые ведут к одиночеству, бойкоту, мысли о самоубийстве и переживанию подлости окружающих. «Ледяной человек» и «Тони Такия» тоже об одиночестве: сначала женщина, вышедшая замуж за ледяного человека и живущая без взаимопонимания, затем Тони, у которого когда‑то было всё — деньги, любовь, семья, — но он внезапно остается один. «Седьмой» — о рассказчике, пережившем тайфун и трагедию с другом, которого считали умственно отсталым; чувство вины и страхы превращают его жизнь в личный ад. Я не поклонник малой прозы и здесь мне понравились не все тексты, но Мураками по‑прежнему умеет создавать атмосферу, живые образы и сюжеты, которые трогают и заставляют задуматься.

— Onyx

"Над каштановым побегом, в переплетах Мураками..." (с)

У Мураками всегда много споров: кому-то он кажется переоценённым и «простым», но лично для меня его книги — способ выдохнуть, отойти от мрачных мыслей и чуть иначе взглянуть на привычные вещи. Навязывать своё отношение не хочу, просто поделюсь впечатлениями о рассказах из сборника. «Призраки Лексингтона» — на первый взгляд обычная история про привидения в пустом доме, но именно в ней неожиданно возникает то самое чувство узнавания, как у случайно зацепившей внимания картины среди десятков одинаковых уличных пейзажей. «Зелёный зверь» показался самым слабым: короткий, больше психодел, чем мистика. Фантазии одинокой женщины, её внутренние монстры — мерзкие, но в сущности беззащитные, потому что рождены ею же и ею же побеждены. «Молчание» для меня — лучшее в сборнике: исповедь человека, которого в юности оклеветали, а заодно лишили поддержки и доверия окружающих. «Ледяной человек» — сказка о Герде икае наоборот: взрослое чувство, которое так и не смогло никого «отогреть». В «Тони Такая» Мураками пишет об отце и сыне, похожих и непохожих одновременно, о тяжёлых потерях и неуклюжих попытках их пережить. «Седьмой» — снова исповедь: утрата лучшего друга, вина на всю жизнь и страх перед самой жизнью. Рассказ «Слепая ива и спящая девушка» выглядит самым сумбурным: дорога в больницу, вспышки памяти, обрывки мыслей. В целом это очень ровный, крепкий сборник, в котором Мураками снова говорит о боли, одиночестве и вине так, что к этим темам хочется возвращаться.

— Lone

Первое знакомство с Харуки Мураками оказалось довольно спорным. Ожидала многого из-за громкого имени, но сборник рассказов местами произвёл впечатление недописанного черновика. Мир и сюжет многих текстов показались надуманными. «Зелёный зверь» — что-то среднее между бессвязным сном и детской фантазией; ощущение, что сюрреализм здесь ради самого сюрреализма. В «Ледяном человеке» есть интересный элемент сюра, но смысл его участия непонятен: поменяй ледяного героя на «огненного» и отправь их не на север, а в Африку — суть истории не изменится. «Призраки Лексингтона», заявленные как некая фантастика, в итоге выглядят скорее как рассказ о слуховых галлюцинациях. «Слепая ива и спящая девушка» — блеклое воспоминание о больнице, которое очень быстро выветривается из памяти. По-настоящему зацепили только «Молчание», «Тони Такия» и «Седьмой». Это крепкие, цельные рассказы в реалистических рамках, построенные как исповеди о прошлом. Темы bullying, флэшбеков, шопоголизма поданы живо и читаются с интересом. Такой Мураками, без модернистских выкрутасов, мне гораздо ближе. В итоге сборник оставил ощущение неоднородности: несколько сильных вещей на фоне множества странных и бессмысленных. Теперь вот думаю, с какой книги продолжать знакомство, чтобы наконец понять, «ху из Мураками» — выбрать «Норвежский лес» или «Охоту на овец» (и да, без спойлеров).

— Quin