Они сражались за Родину

С чего начинается Родина...

«Они сражались за Родину» Шолохова оставляет ощущение чего‑то одновременно величественного и очень горького: разбитый полк идет степью, усталый, изможденный, но внутренне готовый снова встать в бой. Роман создавался в три приема — в 1942–1944, 1949 и 1969 годах, но до нас дошли лишь отдельные главы: это не законченное произведение, а сборник опубликованных фрагментов. Перед смертью Шолохов сжег рукопись, и тем ценнее то, что сохранилось: этих отрывков достаточно, чтобы почувствовать фронтовой быт, жару, страх и упорство людей. 1942 год, полк обороняет переправу через Дон; после боя за хутор Старый Ильмень остаются 117 человек. Они отступают через степь, по пути останавливаясь в хуторе у полковой кухни. Здесь читатель знакомится с Николаем Стрельцовым, Петром Лопахиным и Иваном Звягинцевым. Шолохов показывает их не только как солдат, но как живых людей с болью и смешными, порой нелепыми заботами: брошенный женой агроном Стрельцов, обиженный на «дамские романы» жены комбайнер Звягинцев, требующая «высоких чувств» Настасья, шахтер Лопахин, ругающийся с поваром из‑за каши без соли и получающий от старой казачки жесткий выговор за отступление. На фоне этого просто и правдиво描зывается фронтовой быт, изумительно — природа: юный пулеметчик, убитый среди подсолнухов, красота, которая на войне кажется кощунством. Известно, что Сталин в 1942 году просил Шолохова создать роман о героях-солдатаx и «гениальных полководцах», но в 1951-м писатель признавался: образ великого полководца у него не выходит. Зато в этих главах сила как раз в другом: героизм растворен в повседневности боя и отступления, он не в одиночных подвигах, а в самом факте, что люди продолжают стоять. Финальные эпизоды, где после страшного боя остаются 27 бойцов, сохранивших знамя, звучат особенно сильно: враг пока празднует успех, но веришь, что именно эти «обычные» солдаты донесут свое знамя до Германии.

— Aero

Книги такого рода читать тяжело, а уж писать о них ещё сложнее, но впечатление после неё сильнейшее и долго не отпускает. Хотя военную прозу обычно обхожу стороной, эту книгу к чисто «военной» отнести нельзя. Автор много внимания уделяет пейзажам, природе, и особенно — тонким психологическим нюансам в отношениях мужчины и женщины. Начало произведения и вовсе больше похоже на семейную драму, полную боли, недосказанности и сожалений, и на время даже забываешь, что действие разворачивается на войне. Кажется, именно в этом и замысел: на фоне ужаса, гибели и потерь показать, что люди всё равно обязаны оставаться людьми — любить, беречь близких, замечать красоту мира вокруг. Местами неожиданно пробивается тихий юмор, от чего книга становится ещё живее и человечнее. Отдельно стоит посмотреть экранизацию с Василием Шукшиным, Вячеславом Тихоновым, Юрием Никулиным и другими замечательными актёрами — она отлично дополняет впечатление от книги.

— Rem

Книги о войне мне всегда даются тяжело, но считаю, что такие вещи нужно читать, чтобы не стиралась память о прошлом. Особенно обидно, что многие дети почти ничего не знают о Великой Отечественной войне и о подвиге тех, кто её прошёл. Роман Шолохова, от которого дошли только отдельные главы, производит сильное впечатление. Жаль, что он сам перед смертью сжёг книгу. По сохранившемуся материалу сняли фильм, но уже по этим фрагментам видно: это совсем иное время и другое звучание, чем в «Тихом Доне». В центре — разговоры людей, фронтовая мудрость, горькая правда войны. Солдаты отступают и злятся на это, мечтая «рвать врага зубами», хотя не все на это готовы. Мирные жители, видя отступающих, бросают им в лицо свою правду, стыдят, пытаются достучаться до совести. Бои описаны очень сильно: то, что переживают люди в критический момент, остаётся в памяти. Шолохов показывает и абсурд военного управления: странное распределение новобранцев по частям — казаков отправляют в строители, деревенских — в кавалерию. Возможно, именно из‑за таких острых моментов он и не захотел оставить книгу после себя. Для меня это произведение — болезнное, но необходимое напоминание о войне.

— Jay

Долгожданный неоконченный роман

Прочитанные в 1948 году первые главы романа о трагедии на Дону в 1942-м поразили до шока. Оказывается, наши войска, которыми командовали знаменитые маршалы гражданской войны Буденный и Тимошенко, отступали под давлением немцев, а не шли от победы к победе, как это подавалось в советской прессе. Тогда в газетах и по радио говорили лишь о «тяжёлых боях», обходя стороной настоящие масштабы бедствия. Шолохов, по сути, только приподнял завесу, но уже этого было достаточно, чтобы увидеть совсем иную картину войны. Позже печатались новые фрагменты романа, и вся страна жила ожиданием полного текста, который так и не появился. Судьба рукописи сейчас известна, но мотивы Шолохова остаются загадкой — тут можно лишь строить предположения. В итоге мы имеем только те главы, что были опубликованы, и экранизацию Сергея Бондарчука 1975 года. Жаль, что роман не дошёл до нас целиком: даже по сохранившимся частям видно, насколько сильной могла быть эта книга.

— Ten

«Они сражались за Родину» Михаила Шолохова оставил у меня тяжелое, но очень честное впечатление о войне. Чувствуется, что автор не понаслышке знает описываемое время: он жил среди людей, только что прошедших фронт, слышал их живые рассказы, и поэтому в книге нет фальши. Шолохов показывает войну не как парад побед, а как череду ошибок, отступлений, хаоса первых месяцев и нечеловеческого напряжения. Агроном, шахтёр и комбайнёр — обычные мирные люди, которых обстоятельства заставили стать солдатами. В короткие минуты затишья они возвращаются мыслями к мирной жизни, но затем снова поднимаются в бой, воплощая ту самую народную силу, благодаря которой страна выстояла. Помимо основного романа, в книге есть рассказы и очерки военных лет. Во многих из них поднимается тема плена: и то, как немцы относились к нашим военнопленным, и как у нас обращались с пленными немцами. Шолохов не сводит всё к простой схеме «чёрное — белое», даёт полутона и сложные ситуации. В итоге особенно страшной кажется не сама жестокость описаний, а осознание того, что всё это действительно было в нашей истории.

— Cairo

Для меня Михаил Александрович Шолохов так и остался прежде всего автором одного гигантского романа — «Тихого Дона». Остальные его книги словно растворяются в тени этой эпопеи. Разве что «Судьба человека» выделяется — во многом из‑за сильнейшего впечатления от одноимённого фильма Сергея Федоровича Бондарчука, увиденного в детстве. Роман о войне, о котором идёт речь, читается легко, написан безукоризненно, чувствуется рука Мастера. Но лично меня он не задел. Не считаю его «лучшим» произведением о войне, даже понимая всю условность подобных сравнений и рейтингов. Фильм по этому роману запомнился так же: добротная, аккуратно сделанная картина, но без внутреннего взрыва — крепкий середняк, каких немало. И у Бондарчука, при всём его масштабе, бывали работы проходные, независимо от темы. Сам Шолохов — фигура сложная. В версию о «ворованном» «Тихом Доне» я не верю. Он жил по совести, при Сталине заступался за людей, писал ему и добивался личных встреч. На съезде писателей именно ему принадлежат слова о культе личности: «Был культ, но была и личность», сказанные уже при живом Хрущёве. У него был личный самолёт, на котором он катал детей. И если бы не его талант, вряд ли весь мир узнал бы о Доне как о живом пространстве, которое бывает по‑настоящему тихим лишь в тёплую безветренную ночь, и о людях, живших там — грешных, но живых, человечных и способных до конца сражаться за своё достоинство и традиции предков.

— Rune

«Они сражались за Родину» Михаила Шолохова — из тех книг, о которых трудно говорить ровно. Каждый раз перечитываю с тем же комком в горле. Главная сила романа — в военных главах о нескольких июльских днях 1942 года, когда остатки полка, отступая к Дону, прикрывают отход других частей Красной Армии. В них война показана не общими словами, а через точную «геометрию» боя, плотный быт, запах взрывчатки и мертвые тела рядом с окопами. Резкий, но удивительно правдивый контраст: только что был ад, а вот уже солдаты шутят, дурачатся, мечтают о микояновском пайке и женщинах. Шолохов сознательно держится на уровне рядовых — колхозный агроном, шахтёр, комбайнёр. Важнее не сами сражения, а перебранки, подколы, живая реакция на опасность. Диалоги написаны некнижным, но очень выверенным языком, с диалектами и намёком на солдатский мат без прямых цитат. Чувствуется писательское мастерство, принесшее ему мировую известность, даже несмотря на грубоватый шов между военными главами и довоенными эпизодами о репрессиях конца 30‑х, где замысел большого романа так и не был реализован. Эта книга и созданный по ней «ручной» фильм Бондарчука дополняют друг друга: режиссёр почти дословно перенёс на экран детали, прописанные у Шолохова — пот на гимнастёрках, вмятины на касках, блики на штыках. Для понимания, как жили и за что умирали советские солдаты, этих «нескольких дней лета 1942‑го» более чем достаточно.

— Light

Роман Михаила Шолохова «Они сражались за Родину» хоть и не завершён, производит сильнейшее впечатление. Это книга, к которой мысленно возвращаешься, и одно её воспоминание уже цепляет за живое. Шолохов показывает один из самых тяжёлых моментов Великой Отечественной — отступление к Дону. Но уход с позиций не равен капитуляции: как у Кутузова с Москвой, так и здесь — потеря рубежей не значит поражения. Воины, истекая кровью, до последнего бросают бутылки под гусеницы танков, и пока в строю остаются Лопахины, Стрельцовы, Звягинцевы, армия жива. Об этом горько и честно говорит старшина Поприщенко у могилы лейтенанта Голощёкова: стыда за отступление нет, потому что отступали, сражаясь. Автор видит не только бойцов на передовой, но и врачей, тыловых людей: там тоже изнуряющий труд и своя боль. Особо подчёркивается: солдаты не бегут, а именно отступают, принимая бой, — и лишь когда это понимают в тылу, к ним возвращается уважение. Главный герой, Пётр Лопахин, — прямой, храбрый, надёжный товарищ: может вспылить, нагрубить, но не затаит зла и легко идёт на примирение, если осознаёт свою неправоту. Его трогательная забота о контуженом Стрельцове, который заново учится говорить, показывает Лопахина почти по-родственному: он волнуется за друга, как мать за ребёнка, вслушиваясь в первое вымученное слово. Слог Шолохова точен и живой: у него хватает и юмора, и тонкого чувства человеческого. Жизнестойкость, товарищество, вера в правое дело и гордость за Родину проходят через весь роман, делая его по-настоящему незабываемым.

— Zen

"Донской Голливуд".

К 9 Мая взялся за роман Михаила Шолохова «Они сражались за Родину» — тот самый, неоконченый, частично сожженный автором. Фильм знают почти все, но чтение романа оказалось иным опытом: после него кинолента воспринимается по-другому, а в тексте есть детали, не попавшие на экран. Прочитал книгу — сразу пересмотрел фильм. Экранизация, на мой взгляд, очень точно передаёт сюжет и масштаб боя: Сергей Бондарчук блестяще перенес батальные сцены. При этом роман показался мне более драматичным и спокойным, без лишнего пафоса, тогда как фильм эмоциональней. Особенно это чувствуется в образе Петра Лопахина: у Шолохова он менее темпераментен, а Василий Шукшин местами переходит на крик — кажется избыточным. Георгий Бурков хорошо сыграл Сашу Копытовского, хотя сцена с его истерическим смехом в фильме выглядит гротескно и заметно выходит за рамки книжного образа. Юрий Никулин отлично попал в роль Некрасова: он органично добавил юмор, но режиссёр справедливо не стал переносить в фильм все шутки из романа, чтобы картина не превратилась в комедию. Жаль, что в фильме на второй план отодвинули Ивана Звягинцева (Бондарчук), хотя у Шолохова именно он, а не Лопахин, главный герой. Дополнительно перечитал мемуары Никулина («Почти серьезно») и Буркова («Хроника сердца») о съёмках и встречах с Михаилом Шолоховым. Их воспоминания о донских локациях, скрупулёзной работе Бондарчука над текстом и живом разговоре со Шолоховым в Вешенской усиливают уважение и к фильму, и к роману. Финал истории трагичен: Василий Шукшин умер прямо во время работы над картиной, в 45 лет.

— Mist