Рыбья любовь

Карась в сметане чувств

Чеховская «Рыбья любовь» оставила у меня ощущение легкой, почти сказочной истории, за которой неожиданно проступает мрачноватая философия. Вроде бы водевильный сюжет, а на деле – притча о пессимизме, родившемся из очень странной любви. Чехов, как известно, любил рыбалку и нередко вплетал её в рассказы. В «Рыбьей любви» рыбной ловлей увлекается не мужчина, а Соня Мамочкина – единственная героиня среди троицы главных действующих лиц. Она обожает купаться в пруду, и однажды её обнажённые погружения сводят с ума… карася. Это не просто рыба: автор сравнивает его с лермонтовским Демоном и тем самым Лебедем, в облике которого Зевс являлся миру. То есть карась отнесён Чеховым к существам сверхъестественного порядка, носителям некой идеи. Влюблённый карась решается на самоубийство: клюёт на Сонину приманку, мечтая умереть в сметане в её желудке. Но попытка срывается – он сходит с крючка, теряет губу и сходит с ума. Обычный карась так бы не страдал, однако этот – особенный. В пруду, в отличие от «Палаты № 6», лечить его некому, и бедная сумасшедшая рыбина носится в мутной воде, пока в порыве безумия не целует в спину поэта Ивана Крысина, приняв его за Соню. И тут раскрывается главная функция этой чудо-рыбы: она является физическим воплощением пессимизма. Поцелуй передаёт Крысину не любовь, а мрачное мировосприятие карася. Поэт заражается этим «вирусом», а затем переносит его в литературу, распространяя пессимизм среди петербургских собратьев по перу. Столичные журналы наполняются «рыбьими» стихами – холодными, унылыми, пропитанными атмосферой того самого пруда и безумной, безнадёжной карасиной любовью. В коротком тексте Чехов ухитряется соединить иронию, мифологию и критику модного литературного настроения. Рассказ читается легко, но послевкусие у него далеко не весёлое – как будто и сам поплавал в этом пруду вместе с несчастным карасём.

— Neko

Полистала этот рассказ и поймала себя на мысли, как же, наверное, веселился дом Чеховых, когда Антон Павлович зачитывал им такие истории вслух. Мир здесь вроде бы простой: карась, водоём, дневник. Но сама идея — рыба, которая на дне водоёма ведёт дневник и грезит о взаимной любви к человеку — звучит по-чеховски абсурдно и одновременно очень трогательно. Карась всерьёз размышляет о самоубийстве, готов на крайние меры ради этого чувства, но при этом даже не представляет, как ему, рыбе, это вообще осуществить. Чехов умудряется через такую странную ситуацию показать и человеческую наивность, и отчаяние, и смешную, и грустную сторону одержимой любви. Персонаж-карасик выходит живым и ярким, несмотря на всю нелепость происходящего. В итоге рассказ показался мне и забавным, и немного грустным — типичный Чехов, чья ирония всегда соседствует с сочувствием к своим героям.

— Jay

Красивая легенда

Книга оставила у меня странное, но приятное впечатление: вроде бы фантастический, почти абсурдный сюжет, а в итоге — неожиданно красивая и цельная история. Чехов рассказывает о карасе, который влюбился в девушку, приходившую купаться в его пруд. Понимание того, что быть вместе им не суждено, постепенно делает его мрачным и пессимистичным. В один из таких моментов карась ошибается: вместо любимой он принимает за неё молодого поэта и целует его в спину, словно передавая свою тоску как заразную болезнь. Именно в этой детали особенно чувствуется мастерство Чехова: через простой, почти сказочный эпизод он выстраивает своеобразное объяснение того, откуда у поэтов берётся их вечный пессимизм. В итоге для меня это прозвучало как красивая легенда о происхождении поэтической печали, поданная в необычной, запоминающейся форме.

— River

Пессимизм, передающийся рыбьим поцелуем

Рассказ Чехова произвёл странное, но очень смешанное впечатление: вроде бы абсурд, а в то же время в нём узнаётся и наша реальность. Сюжет выглядит почти невозможным, но в чеховском мире всё логично: от безумного карася до «заражённых» пессимизмом поэтов. В основе — трагикомическая история карасика, который безнадёжно влюбляется в дачницу Соню Мамочкину. Он тайком целует её во время купания, мечтает о взаимности, но сам же трезво рассуждает: «Может ли она, такая прекрасная, полюбить меня, карася?». Попытка самоубийства на её крючке заканчивается лишь оторванной губой и ещё большими страданиями. В итоге бедная рыба сходит с ума от неразделённой любви. Через годы Соня давно замужем, а в коричневой воде пруда (рядом литейный завод «Кранделя сыновья») купается молодой поэт Иван, племянник директора завода Крысина. Безумный карась принимает его за Соню, целует в спину и «заражает» пессимизмом. Иван едет в Петербург и там уже сам перезаражает поэтов, после чего те начинают писать мрачные, унылые стихи. Кажется, тут Чехов одновременно и шутит, и всерьёз говорит о «заразности» настроений и о влиянии среды. Антон Павлович не удерживается и от фирменной иронии над собой: заявляет, что подражает дамам и, возможно, сам дама под мужским псевдонимом. Плюс мимоходом поднимает тему экологии: вода в пруду испорчена заводом, и невольно задумываешься, не от этой ли отравленной среды карась влюбляется в людей и готов «всякую смерть». В итоге рассказ кажется лёгкой чеховской шуткой, но внутри — и боль неразделённой любви, и насмешка над литературной модой на мрачность, и намёк на вред окружающей среды. Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» #440.

— Fly

Что он курил?!

Этот рассказ Чехова произвёл на меня настолько абсурдно-сильное впечатление, что хочется верить: писал он его в каком-то особенно необычном состоянии. Про Чехова нередко говорят, что он был «на веществах» в переносном смысле — мол, слишком уж странные и мощные тексты у него получались. И после этого рассказа действительно начинаешь задумываться, что же такое он «курил», когда его создавал. Персонажам, как обычно у Чехова, много места не нужно — несколькими штрихами он создаёт атмосферу, от которой немного кружится голова. Стиль узнаваемый, но ощущение такое, будто автор сознательно довёл его до лёгкого безумия. В итоге осталось одно желание — понять, что именно вдохновляло Чехова на подобные тексты, и где взять себе хоть каплю такого же творческого «топлива».

— Light