Константин Леонтьев

Леонтьев главным источником угрозы для России и других православных стран считал либерализм, или «либеральный космополитизм». Он видел в нём «омещанивание» жизни, культ всеобщего благополучия и был противником эгалитаризма, «бессословности» и «демократизации». В противоположность этому отстаивал «византизм» — церковность, монархию, сословную иерархию и союз России со странами Востока как средство защиты от революционных катаклизмов. Человечество Леонтьев делил на культурно-исторические типы, которые проходят в своём развитии определённые стадии — юности, зрелости и последующие. На эстетической почве и в преклонении перед «личностью» его взгляды сблизились с философией Ницше. Особый интерес он проявлял к социалистическим учениям: читал П. Прудона и Ф. Лассаля. При этом Леонтьев предсказывал европейской цивилизации политическую победу социализма, представляя его как «феодализм будущего», «новое корпоративное принудительное закрепощение человеческих обществ», «новое рабство». В 1860-е—1870-е годы, во время греко-болгарского конфликта, который был одним из ключевых вопросов Восточной политики России, Леонтьев считал, что Вселенский Патриархат («фанариотское» духовенство) сохранял канонически безупречную позицию, тогда как болгары, по его мнению, отошли от единства со вселенской Церковью. Литературное наследие Леонтьева включает повести и литературно-критические этюды о Л. Н. Толстом, И. С. Тургеневе, Ф. М. Достоевском.