Зараза, которую я ненавижу

— Девушка, а девушка, чего вы так уставились? — словно сквозь слой ваты до меня доносится голос женщины, которая его привезла. — Пьяного мужчину не видели, что ли?И я не сразу понимаю, что это она говорит мне. Я во все глаза смотрю на Никиту. Держась за машину, он распрямляется. Делает шаг в мою сторону.— Яся? — с наглой усмешкой. — Чем обязан?Я не могу от его лица отвести взгляда — он просто прикипел, прирос и не желает отрываться.Непривычно растрепанный, рубашка на груди низко расстегнута. И я уверена, что пятна на его лбу и щеках — это вульгарная помада вот этой женщины... Она сбоку врезается в него, демонстративно обвивает талию рукой, прижимается губами к щеке:— Никки, кто это? Она больная, да?— Это Ясмина, я тебе рассказывал, — усмехается он.Он ей рассказывал! Что он обо мне ей рассказывал? Этой женщине? Да как он посмел?Разумный человек где-то очень глубоко в моей голове говорит мне, что я сейчас в настолько хреновом положении, что уже не любви у него просить должна, а помощи. Но гордость моя, врождённая, от мамы доставшаяся, заставляет запахнуть на животе куртку, гордо выпрямиться и, бросив напоследок "Подонок. Ненавижу!", рвануть прочь отсюда.