
Искатель красоты
В течение семи лет брака муж Ольги Дмитриевны привык к различным аспектам ее личности. Врач-хирург, сын местного священника, он терпел многое от этой лживой и истеричной женщины. Однако, когда он случайно наткнулся на телеграмму из Монте-Карло, написанную на английском языке, это стало последней каплей. Николай Евграфович решил взяться за англо-русский словарь...

Англо-русский словарь
«Супруга» Чехова оставила очень двоякое впечатление: рассказ короткий, почти незаметный по объёму, но по сути — очень точное и болезненное попадание в тему брака и зависимости. Чехов показывает брак Николая Евграшина и Ольги Дмитриевны как союз, где статус важнее чувств. Она жаждет блеска, Ниццы, номеров у Мишеля, лёгкой жизни и развлечений, при этом не собираясь отказываться от звания «замужней дамы». Муж здесь — всего лишь приложение к её положению, фигура, которую при случае можно отодвинуть. Его, Николая, по-человечески жалко. Многие называют его подкаблучником, и в чём-то так и есть: жена — хищная кошка, он — мышь. Но в нём есть редкая честность: обвиняя супругу в безденежье, долгах и сломанной жизни, он одновременно трезво видит себя — «деревенский парень», грубый и простой. У Чехова характер либо есть, либо нет, и это очень видно на контрасте героев. То, что описано в рассказе, никуда не делось и сейчас: при всех правах и свободах женщины вроде Ольги Дмитриевны по-прежнему стремятся «посесть на шею», а хорошие, мягкие мужчины снова летят к таким, как мотыльки на свет. Аудиоверсия в исполнении Абдуллаева Джахангиза занимает всего около пятнадцати минут, но даёт удивительно много пищи для размышлений — определённо стоит прочесть или послушать.
— Ten
После этого рассказа Чехова остаётся какое-то глубокое чувство обиды и несправедливости, очень по-чеховски знакомое и болезненное. В центре — короткая зарисовка о браке, где легко разглядеть «хищную» обманщицу-жену и «искреннего» простака-мужа. На поверхности всё просто: отвратительная, корыстная баба и жалкий, обманутый мужчина. Но чем дальше читаешь, тем сложнее так однозначно распределять роли. Муж здесь кажется не столько честным и любящим, сколько удобным, безвольным «пуфиком», который сам разрешает так с собой обращаться. С одной стороны, его совсем не жалко. С другой — в какой-то момент он пытается вырваться, и вот это движение, пусть неудачное, рождает к нему сострадание и даёт слабую надежду: может быть, внутри всё-таки зреет бунт, хотя неясно, начало ли это освобождения или последняя вспышка сил. Чехов снова умудряется в крошечном тексте вскрыть невероятно сложные отношения, где нет полностью правых и виноватых, а есть боль, слабость и тонкая внутренняя борьба.
— Frost
Неожиданно напомнило «Узорный покров» Моэма — те же ощущения, схожая интонация, хотя текст совсем короткий. По сути, это небольшая история на извечную тему «любовь зла», но подана она через идею взаимного влияния людей друг на друга. Весь мир здесь держится на тонких связях между мужем и женой, и от выбора партнёра, кажется, зависит буквально всё. Особенно зацепили размышления Николая Евграфыча: стала бы Ольга Дмитриевна вести себя так же, если бы её мужем был кто-то другой? Решилась бы она вообще на подобное? И каким бы тогда оказался финал её истории? Автор аккуратно подводит к мысли, что характер и судьба человека сильно зависят от того, кто рядом. Конец рассказа понравился отдельно. Обычно не выношу открытых финалов, но здесь он попадает в тон: история как будто продолжается в голове читателя, и каждый сам достраивает, чем для Ольги Дмитриевны и Николая Евграфыча всё обернётся.
— Zen
Рассказ оставил ощущение горькой правды о браке: вроде всё начинается с надежды и любви, а заканчивается тихой трагедией для одного из супругов. Сюжет построен вокруг доктора Николая Евграфовича, который спустя семь лет брака иначе смотрит на свою семейную историю. Взяв в руки свадебную фотографию, он видит не только себя — молодого, наивного и искренне счастливого, — но и те самые настороженные, хищные лица новой родни и своей юной жены, которые тогда не умел распознать. Теперь, сломленный изменой супруги и измотанный тяжёлой болезнью, он больше не видит смысла сохранять эти узы и решается предложить официальной жене развод. Образ Ольги Дмитриевны показан особенно жёстко: эгоистичная, капризная, развратная, она совершенно не заинтересована в свободе мужа. Её устраивает роль «порядочной» женщины при обеспеченном докторе: важны деньги, положение и внешний фасад, а не чувства. Ради сохранения этого статуса она готова мучить его до конца его дней, не отдавая взамен ни поддержки, ни сочувствия. В итоге рассказ становится напоминанием о том, что семейная жизнь – сложная и порой жестокая штука, где небесные браки легко превращаются в холодный расчёт.
— Crow
Рассказ А.П. Чехова «Супруга» произвел сильное впечатление: при очень небольшом объеме в нем удивительно много смысла и эмоций. Здесь Чехов показывает измену, расчет и горькое сожаление о прошедшей молодости, когда уже поздно что-либо поправить. В центре — Ольга Дмитриевна: жена с маленькой ножкой и хищными, смелыми чертами лица. Через ее отношения с Николаем Евграфычем и внутренние «а что если бы...» вскрывается паутина лжи, которая в какой-то момент просто рвется, обнажая ее эгоизм. Персонажи выписаны точечно и без лишних деталей: несколькими штрихами Чехов выносит приговор и браку, и человеческой слабости. Открытый, словно оборванный финал не оставляет сомнений: Ольга Дмитриевна не собирается вытаскивать мужа из этого душного «ада» совместной жизни. В итоге это очень емкий, жесткий и честный рассказ, который оправдывает каждую из тех нескольких минут, что уходят на его чтение.
— River
Ах эта маленькая ножка!
«Маленькая ножка» Антона Павловича Чехова оставила у меня ощущение тихой, но очень горькой безысходности. Вроде бы речь о браке, а на деле — о том, как далеко он может оказаться от любви. Чехов показывает семейные отношения, где союз построен не на взаимном чувстве, а на выгоде и личных расчетах. Брак здесь — не воплощение идеала «двух любящих сердец», а удобный социальный статус, особенно для женщины. Чужая семья со стороны кажется образцовой, но за внешним благополучием скрываются тайны и холодный расчет. Николай Евграфыч искренне и трепетно любит свою жену, влюблен даже в ее «маленькую ножку», из‑за которой, по сути, и потерял голову. А вот его супруга, как становится ясно, прежде всего ценит роль «замужней дамы» и выгоду своего положения. Он любит, она позволяет себя любить — и этим все сказано. Чехов показывает ситуацию, из которой фактически нет выхода: обман рано или поздно должен завершиться, но разорвать такой брак непросто. Жене удобно, муж привязан, и «красивого» завершения не получается. В итоге перед нами печальная картина брака без взаимности, где любовь одного не способна спасти двоих.
— Aris
Не Анна. Не Каренина
«Супруга» Антона Павловича Чехова оставила у меня ощущение горечи и бессилия: вроде всё ясно и просто, а на деле — тупик для всех участников этой семейной драмы. Если роман Льва Николаевича показывает положение женщин высшего общества XIX века широко и обстоятельно, то Чехов в этом коротком рассказе как будто поворачивает картину с другой стороны. Здесь не покорная жена-жертва, а Ольга Дмитриевна, которая, будучи уличённой в измене, демонстративно отказывается от развода. Её расчёт предельно циничен: не потерять общественное положение, не остаться с любовником, которому быстро надоест, и вообще оставить себе свободу сменить «увлечение». Она прямо заявляет мужу: «Развода я не приму и от вас не уйду… Вот вам!» Но при всём безобразии её поведения особенно тяжело смотреть на Николая Евграфыча. Позорное, унизительное положение, в котором он оказался, во многом результат его собственной слабости. Он не способен ни на решительный шаг, ни на защиту своей чести — только запоздалое раскаяние в том, что когда-то женился на «ничтожном, лживом, пошлом, мелком» существе, чуждом ему по натуре. Типичный для чеховских героев мужчина: нерешительный, трусливый, готовый скорее виниить себя, чем идти на открытый конфликт. Даже его ироничное замечание о том, что из него вышел бы отличный сыщик после семи лет подозрений и изучения «улик», звучит не как шутка, а как приговор всей его жизни. В итоге рассказ производит сильное, болезненное впечатление: Чехов безжалостно показывает брак как место, где и мужчина, и женщина могут оказаться заложниками своих характеров и социальных условностей. Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» № 501.
— Lone
Небольшой рассказ произвел впечатление точного, почти болезненного наблюдения за семейной жизнью. Тема супружества и быта подана без прикрас, но и без лишней драматизации. Есть 27-летняя Ольга, живущая с намного более взрослым мужем. Их брак со стороны выглядит обычным, но она, как нередко бывает в подобных союзах, заводит роман на стороне. При этом в центре истории оказывается не Ольга, а именно её супруг — человек глубоко несчастный и вместе с тем трезво понимающий, какую ошибку допустил, когда женился на такой женщине. Автор фокусируется на внутреннем состоянии мужа, на его осознании провала, а не на самом адюльтере. Это придаёт рассказу психологическую глубину и смещает акценты с внешних событий на переживания героя. Финал, как часто бывает у этого автора, остаётся незавершённым: читателю предлагают самому представить, к чему придут герои. Такой открытый конец работает хорошо — после прочтения ещё долго продолжаешь мысленно дописывать их историю.
— Blaze
— Что вам? — спросил он.— Барыня встала и просят двадцать пять рублей, что вы давеча обещали.
— Lone
Уже давно рассвело на дворе, а доктор всё сидел у стола, водил карандашом по бумаге и писал машинально:«Милостивый государь... Маленькая ножка...»
— Vipe
— Я освобождаю тебя от необходимости притворяться и лгать,— продолжал Николай Евграфыч.— Если любишь этого молодого человека, то люби; если хочешь ехать к нему за границу, поезжай. Ты молода, здорова, а я уже калека, жить мне осталось недолго. Одним словом... ты меня понимаешь. ... Она пересела на другое место, поближе к нему, чтобы взглянуть на выражение его лица. Она не верила ему и хотела теперь понять его тайные мысли. Она никогда никому не верила, и как бы благородны ни были намерения, она всегда подозревала в них мелкие или низменные побуждения и эгоистические цели. И когда она пытливо засматривала ему в лицо, ему показалось, что у нее в глазах, как у кошки, блеснул зеленый огонек.
— Jay
За время семилетней супружеской жизни он привык подозревать, угадывать, разбираться в уликах, и ему не раз приходило в голову, что благодаря этой домашней практике из него мог бы выйти теперь отличный сыщик.
— Sand
От того времени, когда он влюбился и сделал предложение и потом жил семь лет, осталось воспоминание только о длинных душистых волосах, массе мягких кружев и о маленькой ножке, в самом деле очень маленькой и красивой; и теперь еще, казалось, от прежних объятий сохранилось на руках и лице ощущение шелка и кружев — и больше ничего. Ничего больше, если не считать истерик, визга, попреков, угроз и лжи, наглой, изменнической лжи... Он помнил, как у отца в деревне, бывало, со двора в дом нечаянно влетала птица и начинала неистово биться о стекла и опрокидывать вещи, так и эта женщина, из совершенно чуждой ему среды, влетела в его жизнь и произвела в ней настоящий разгром. Лучшие годы жизни протекли, как в аду, надежды на счастье разбиты и осмеяны, здоровья нет, в комнатах его пошлая кокоточная обстановка, а из десяти тысяч, которые он зарабатывает ежегодно, он никак не соберется послать своей матери-попадье хотя бы десять рублей и уже должен по векселям тысяч пятнадцать. Казалось, если бы в его квартире жила шайка разбойников, то и тогда бы жизнь его не была так безнадежно, непоправимо разрушена, как при этой женщине.
— Storm
А сам Николай Евграфыч глядит на этой фотографии таким простаком, добрым малым, человеком-рубахой; добродушная семинарская улыбка расплылась по его лицу, и он наивно верит, что эта компания хищников, в которую случайно втолкнула его судьба, даст ему и поэзию, и счастье, и всё то, о чем мечтал, когда еще студентом пел песню: «Не любить — погубить значит жизнь молодую»...
— River
Теща — полная дама с мелкими и хищными чертами, как у хорька, безумно любящая свою дочь и во всем помогающая ей; если бы дочь душила человека, то мать не сказала бы ей ни слова и только заслонила бы ее своим подолом. У Ольги Дмитриевны тоже мелкие и хищные черты лица, но более выразительные и смелые, чем у матери; это уж не хорек, а зверь покрупнее!
— Light
Сжимая кулаки и морщась от отвращения, он спрашивал себя, как это он, сын деревенского попа, бурсак по воспитанию, прямой, грубый человек, по профессии хирург — как это он мог отдаться в рабство, так позорно подчинить себя этому слабому, ничтожному, продажному, низкому созданию?
— Mist
Я не такая дура, как вы думаете. Развода я не приму и от вас не уйду, не уйду, не уйду! Во-первых, я не желаю терять общественного положения, — продолжала она быстро, как бы боясь, что ей помешают говорить, — во-вторых, мне уже 27 лет, а Рису 23; через год я ему надоем и он меня бросит. И в-третьих, если хотите знать, я не ручаюсь, что это мое увлечение может продолжаться долго... Вот вам! Не уйду я от вас.
— Zephyr