
Клад мистера Бришера и другие рассказы
"Благодаря тому, что выхоленное лицо и изящный костюм Дани обращали общее внимание, он старался держаться позади. Но пел он, кажется, усерднее всех, с разгоревшимися щеками и блестящими глазами, опьянённый воздухом, движением и необыкновенностью этого ночного бродяжничества. В эти блаженные, весёлые, живые минуты он совершенно искренно забыл и о позднем времени, и о доме, и о мисс Дженерс, и обо всём на свете, кроме волшебной колядки и красной звезды." (с) Дополнительная информация Музыка: Дарья Озёрина

Бедный принц. А.И.Куприн
Рассказ оставил ощущение тёплого, немного грустного детского праздника, в котором смешались обида, одиночество и радость открытия мира. История крутится вокруг маленького мальчика Баньки. Пока родители заняты украшением ёлки и не подпускают его к этому важному делу, он чувствует себя лишним и в итоге убегает на улицу. Там он пытается влиться в компанию уличных мальчишек, но те поначалу не принимают его — всё‑таки он из обеспеченной семьи, «чужой» среди них. Тем не менее именно на улице, вдали от домашнего уюта и нарядной ёлки, Банька получает свой настоящий праздник: через простые игры и приключения он впервые проживает свободу и настоящие эмоции. Персонажи выписаны так, что легко представить их живыми людьми: родители со своей занятостью и невниманием, мальчишки с настороженностью к «белой кости», и сам Банька, трогательный в своём стремлении быть принятым. В итоге рассказ кажется небольшим, но ёмким напоминанием о том, как важны для ребёнка участие и внимание, и как иногда самые яркие впечатления рождаются совсем не там, где их ожидаешь.
— Lone
"Нет, ничего не понимают эти взрослые..."
Очень тёплый, светлый рассказ: читаешь — и сразу вспоминается собственное детство и зимние праздники. Рождество в книге становится точкой, в которой обычный девятилетний Даня неожиданно взрослеет. Это Рождество вовсе не похоже на привычные детские елки, которые мальчик так язвительно описывает. Ему надоели однообразные хороводы, скучные игры, наигранные чтения «жалостных» рассказов и обязательные «правильные» подарки вместо заветных коньков или лыж. Взрослые для него — люди, которые ничего не понимают в настоящем веселье. Но вдруг открывается другой мир: колядки, ночные походы по дворам, подвалы и чердаки, сияющая звезда, фальшивые, но вдохновенные голоса, общая еда из одного мешка и толстый кусок холодной малороссийской колбасы, который оказывается самым вкусным в его жизни. Особенно тронули ум и наблюдательность Дани и то, как на их фоне нелепо выглядят многие взрослые: женщины, вечно чего-то боящиеся, и отец, который вроде бы понимает, что мальчику нужен воздух и свобода, но отступает под натиском «ужасов о микробах и дифтеритах». Автор очень точно подмечает эту вечную борьбу детской живости и взрослой осторожности. В итоге это трогательная, атмосферная история о том, как ребёнок сам создаёт себе праздник, находит новых друзей и учится смотреть на Рождество уже немного другими, более взрослыми глазами.
— Storm
Иногда и богатые бывают бедными
Этот рассказ задали дочери по Родному языку, и я тоже его прочитала. Произведение грустное, но светлое, оставляет теплое послевкусие. В центре — мальчик Даня, живущий под жестким контролем женской части семьи. Отец, хотя и городской глава, совершенно не вмешивается в воспитание: он боится своих женщин и подчиняется их строгим правилам. В результате Даню чрезмерно опекают, оберегают буквально от всего — от микробов до сквозняков и «заразы». А ему хочется самого простого: бегать с городскими «дурными» детьми. В реальности это невозможно, и тогда в своих фантазиях он превращается в смелого пилота, капитана корабля, предводителя пиратов. Переломный момент — вечер Сочельника. Даня видит в окне ребят, которые собираются колядовать: у них яркая светящаяся звезда и красивый картонный вертеп. Это зрелище так его завораживает, что он, не выдержав, сбегает из дома, даже толком не одевшись. Мальчишки сначала принимают его не сразу, но все же берут в свою компанию, и они идут колядовать вместе. Для меня очевидно: именно этот вечер стал лучшим рождественским подарком для богатого, холеного и при этом по-настоящему одинокого мальчика.
— Neko
У семи нянек дитя без глаза
«Святочный рассказ» Куприна оставил у меня двойственное впечатление. С одной стороны, очень атмосферно и по‑зимнему красиво, с другой — осадок от смысла. В центре истории — мальчик, которого родители чрезмерно опекают, фактически лишая обычных детских радостей. Почему они так делают и насколько это оправдано, автор подробно не объясняет, да и последствий непослушания не показывает. Ребёнок в итоге решается ослушаться, уходит из дома без предупреждения и, оказавшись один на зимней улице, переживает новую для себя свободу: свежие впечатления, морозный воздух, снег — всё это приносит ему искреннюю радость, а его близким, разумеется, волнение. Сильнейшая сторона рассказа — описания природы. Куприн как всегда Мастер: зимние картины буквально «оживают» перед глазами, текст легко превращается в живые, кинематографичные образы. Но при этом меня оттолкнула недосказанность сюжета и сомнительный посыл: «не пускают — тогда просто сбегу». Посоветовал бы этот рассказ, в первую очередь, родителям — есть о чём задуматься. А ещё тем, кто любит описания природы и хочет настроиться на рождественское настроение.
— Rem
Рассказ оставил тёплое, но немного грустное впечатление. Вроде бы рождественская сказка, а за ней — очень серьёзный вопрос о детстве и свободе. В канун Рождества девятилетний Даня сидит один в комнате, пока взрослые в гостиной украшают ёлку и готовятся к приёму гостей. Праздник его совсем не радует: вместо настоящего веселья его ждут скучный этикет и, скорее всего, отсутствие заветного подарка — коньков. Даню опекают три тётушки, гувернантка и мама: они стараются уберечь его от любых опасностей и ограничивают буквально во всём. В семье мальчика называют Маленьким принцем, а он сам ощущает себя Бедным принцем и мечтает, что когда-нибудь обязательно станет отважным авиатораром или отправится в кругосветное плавание — ведь он уже, как ему кажется, вполне взрослый. Заглянув в окно, Даня видит компанию детей с Рождественской звездой из цветной бумаги. Они ходят по улицам, поют гимны, заглядывают в лавки, где их угощают или дают деньги. Мальчик, забыв про башлык и варежки, тихонько сбегает из дома и присоединяется к ним. Сначала дети кучеров и дворников не принимают сына градоначальника: им запрещено водиться с барчуками. Но Даня всё-таки находит с ними общий язык и проводит, как он сам чувствует, лучшие два часа в своей жизни: поёт громче всех, ест угощения прямо на морозе, валяется в мягком снегу и наконец-то чувствует себя по-настоящему живым и свободным. Вечером беглеца приводят домой. Он уже водит хороводы вокруг ёлки вместе с гостями, а отец замечает у него на щеках здоровый румянец и решает, что прогулка на свежем воздухе пошла сыну на пользу. Градоначальник высказывается за то, чтобы Даня больше гулял, но женская половина семьи эту идею совсем не поддерживает, и строгий отец неожиданно для всех сдаёт позиции, отступая под давлением. Этот небольшой рождественский рассказ очень точно поднимает тему избыточной родительской опеки и тотального контроля, который вроде бы из лучших побуждений, но мешает ребёнку получать необходимый жизненный опыт. Невольно начинаешь думать, где проходит та самая золотая середина между заботой и свободой, и не слишком ли часто взрослые путают безопасность с клеткой.
— Ten
Рассказ оставил приятное ощущение чего‑то живого и озорного, хотя сквозь него заметно проступает легкая грусть. В центре — история единственного сына, которого мать пытается оберегать до абсурда: не выгонять на улицу, уберечь от сквозняков, не подпускать к другим детям из страха перед болезнями. Голос разума рядом с такими няньками почти не слышен, и некому остановить это навязчивое стремление к «стерильной» безопасности. Особенно симпатичен сам мальчик: несмотря на запреты, он все же находит возможность вырваться из-под материнского колпака и похристославить с бедными ребятами. Благодаря этому маленькому бунту рождественская ночь для него становится по‑настоящему веселой и живой, а общий тон рассказа — светлым и добрым. Жаль лишь, что автор останавливается на этом моменте и не показывает, как сложилась судьба героя дальше — удалось ли ему в будущем отстоять право на свежий воздух, свободу и нормальное общение со сверстниками.
— Solo
Рассказ произвёл очень тёплое впечатление: вроде бы простая история, но остаётся ощущение лёгкой грусти и настоящего чуда. В центре — девятилетний Даня, тот самый «бедный бледный принц». Инкубаторский ребёнок, сын городского главы, он живёт почти взаперти под неусыпным контролем мамы и тёток. Ему бесконечно что-то запрещают, будто любое движение может обернуться бедой для «их величества». Но внутри мальчик не смирился: у него есть мечты, надежды и тихое упрямое желание вырваться из золотой клетки. И однажды, в рождественские дни, ему удаётся сбежать из дома — именно тогда «во дворце» начинается переполох. Зато Даня наконец оказывается во дворе, среди обычных ребят, проживая настоящий, живой, дворовый день. Особенно понравилось, как Куприн показывает зиму: она у него живая, морозная, настоящая, с тем самым духом детства, от которого на бледных щёках Дани появляется долгожданный румянец. В итоге рассказ оставляет ощущение, что пусть ненадолго, но мальчик действительно смог побыть собой — просто ребёнком, а не «принцем под стеклом».
— Echo
Зимняя стужа
Небольшой новогодний рассказ моментально вернул меня в зимнее детство: будто снова чувствуешь на лице мороз, щёки горят от стужи, ты замёрзший, уставший, вспотевший — и при этом удивительно довольный. История совсем короткая, но в ней есть главное — ощущение праздника и свободы. Вместе с мальчишками легко согласиться, что встречать Новый год с родственниками бывает невыносимо скучно, и хочется сбежать во двор, в эту уличную суету, где всё настоящее. Повествование предельно простое, по‑детски ясное, без тяжёлых тем и сложных конструкций, но именно это здесь и нужно: в новогоднюю пору не тянет на мрачные или перегруженные сюжеты, хочется чего‑то тёплого и лёгкого. Этот рассказ вполне можно сделать личной традицией «читать каждый год». Если вы застряли в четырёх стенах, по горло в делах и экзаменах, он станет тем самым глотком свежего морозного воздуха и добавит каплю живого новогоднего настроения.
— Blaze
Иногда дверь отворялась, и их пускали в переднюю. Тогда они начинали длинную, почти бесконечную колядку о том, как шла царевна на крутую гору, как упала с неба звезда-красна, как Христос народился, а Ирод сомутился. Им выносили отрезанное щедрой рукой кольцо колбасы, яиц, хлеба, свиного студня, кусок телятины. В другие дома их не пускали, но высылали несколько медных монет. Деньги прятались предводителем в карман, а съестные припасы складывались в один общий мешок.
— River
«Замечательно умно! — думает сердито девятилетний Даня Иевлев, лёжа животом на шкуре белого медведя и постукивая каблуком о каблук поднятых кверху ног. — Замечательно! Только большие и могут быть такими притворщиками. Сами заперли меня в тёмную гостиную, а сами развлекаются тем, что увешивают ёлку. А от меня требуют, чтобы я делал вид, будто ни о чём не догадываюсь. Вот они какие — взрослые!»
— Ten
Боже мой! Хотя бы раз в жизни попробовать сосульку. Должно быть, изумительный вкус.
— Rune